Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
Для меня очень важно, что Чехов, как настоящий диагност, действительно немногословен: в двух, трех словах схватывает суть человека. И в методах лечения по пьесам, и в сценической жизни все выглядит старомодно, старорежимно. Но в том, как он схватывает суть человека, - действительно невероятный талант диагностики.
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 535
529/259
 
 

   
 
 
 
Татьяна Шутко

Лестница

Посвящается С.Е.С.

Памяти всех блокадников

***
Дышать становилось все труднее. Каждый новый вдох давался большим усилием воли. Поток воздуха словно натыкался на невидимое препятствие, проникая в легкие. Вдох – выдох… Пауза… Вдох – выдох.
Гранитная лестница, каждая ступенька которой была знакома с детства, оказалась вдруг бесконечно длинной.

***
- Как дела у Елизаветы? – весело спрашивала участковая врач, женщина средних лет, маленькая и юркая.
- Все хорошо, - спокойно отвечала Она с затаенной грустью в глазах. Незаметно подыскивала позу, в которой удавалось вдохнуть глубже.
- Тогда в больничку? – так же весело предлагала бодрая доктор.
- Да, - соглашалась Она, и я везла ее в клинику.
Следующие десять дней Она проводила на огромной больничной койке, где ей делали капельницы. Пульмонологическое отделение. В вену вводили лекарство для поддержания работы бронхов. А у нее был рак…

***
После проведенного курса я забирала ее из белой бездушной палаты домой. Гранитная, потрескавшаяся от времени лестница превратилась в испытание. Глубоко вдохнув, словно рыба, выброшенная на берег, Она делала шаги, преодолевая несколько ступеней. Одну за другой. Останавливалась, чтобы глотнуть воздуха, и, вцепившись прозрачной рукой в перила, двигалась дальше, медленно, но упорно поднимаясь к своей квартире в старинном доме. Пролет за пролетом, ступень за ступенью…

***
Спать теперь приходилось сидя. Нужен был воздух. А его не хватало, несмотря на постоянно открытую форточку. Вдох - выдох… Она обкладывалась мягкими подушками и склоняла голову. Скрючившись в постели, проводила медленно текущие ночи, ожидая очередного рассвета.
В перерывах между приступами боли, Она читала. Старые, любимые книги. «Джейн Эйр», почти заученную наизусть, «Графа Монте-Кристо». Надевала очки с толстыми стеклами, укутывалась в ватное одеяло и погружалась в мир без боли…

***
После обследования на современном компьютерном томографе главврач попросил меня зайти.
- Какое-то инородное тело в легком, - напутствуя и успокаивая, объяснила мне Она и улыбнулась. Ее крохотное тельце было едва заметно на широкой казенной кровати.
- Мы выписываем Елизавету Степановну, - отчего-то потупив взор выпалил главврач и умчался по неотложным делам.
Из корпуса больницы я вывезла Ее в инвалидном кресле, а Она, не отрываясь, смотрела в хмурое низкое питерское небо.
- Какое оно… синее…

***
У лестницы, той самой, на четвертый этаж, Она поднялась из коляски, и, оттолкнув мою поддерживающую руку, мужественно вдыхая, двинулась вверх. Она боролась со ступенями, а болезнь одолевала её…

***
Таблетки уже не снимали боль. Я научилась делать уколы и три раза в день протыкала ее истончившуюся кожу. По ночам приезжали врачи из отделения скорой помощи. А одним утром мы не досчитались трех ампул с дорогим лекарством.

***
Говорили с ней все реже, лекарство действовало на мозг. Но, в моменты просветления, Она слабым голосом рассказывала о голодном, но всё равно счастливом детстве, о ранней смерти мамы и тоскливой жизни с мачехой. О том, как отец ушел на фронт в сорок втором, потрепав её, худющую, по голове и шепнув «умирай, но не на моих глазах». О долгих днях блокады и о деликатесе на её новогоднем столе в декабре сорок третьего – горстке картофельных очисток, что дала ей сердобольная соседка. О жалкой стипендии после войны, которую целиком тратила на сгущенку. Все время хотелось сладкого. Вдох – выдох. В минуты воспоминаний Она тихо плакала, пряча слезы.

***
- Ну что, в больничку? – участковая врач регулярно приходила измерить давление и справиться о здоровье.
А что она еще могла сделать?
- Срочно нужно в хоспис, - отведя меня в сторону, чеканно говорила доктор. – Туда сложно попасть, но я могу помочь. В вашем случае постараюсь.
И действительно, помогла.
Машина скорой помощи подъехала к подъезду к десяти утра. Мы стояли на широкой площадке четвертого этажа и смотрели на водопадом стекающую вниз бесконечную лестницу. Ступени жизни… Она грустно вздохнула, словно прощаясь, и двое мужчин осторожно снесли ее на первый этаж.
Водитель захлопнул дверь газели, и машина рванула из двора-колодца по знакомым улицам красивого, залитого солнцем города.
Она, выпрямившись, держа осанку, как в молодости, сидела на месте доктора, крепко держалась за поручень и внимательно разглядывала сквозь заляпанное окно проплывающие дома, памятники, мосты.
Утренние пробки скорая преодолевала играючи, с азартом включая сирену в местах скопления машин.

***
В хосписе было по-особому тихо и скрупулезно, до блеска, чисто. В большом аквариуме показательно плавали золотые рыбки.
- Что вы от нас хотите? – зав. отделением почему-то заискивающе смотрел мне в глаза. Тонкая угольная бородка очерчивала молодой подбородок.
- Ничего.
Он облегченно вздохнул.
Медсестра в салатовом халате суетливо показывала мне светлую палату, объяснила, как трансформируется кровать, где находится туалет, как развернуть тумбочку для приема пищи…

***
На третий день Ее не стало.
Та же медсестра молча отдала мне вещи и ушла…

Я прихожу к Ней на кладбище, поправляю песок и цветы на могиле, и, почему-то, прошу у Нее прощения…


<<<Другие произведения автора
(7)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018