Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 1225
529/260
 
 

   
 
 
 
Иванов Юрий

Не смотри на меня, Миша!

— А у моей жены — любовник. Жили-жили спокойно, вдруг раз — и появился. Как черт из табакерки. Чего делать теперь, а, Миша?
Она у меня красивая. Правда, злая немного, но это ничего — жены, ведь, всегда злые. Мама у меня, например, очень строгая женщина была. И жена моя строгая. И правильно: нам,  мужикам, волю только дай — запьем или загуляем. Ну, скажи, так? Чего ты молчишь все время? Или я не прав?
Ну да, загуляем… А что такого? В этом же ничего особенного нет. Тут ведь не любовь какая, а так, «башмак почистить». Без обязательств и нервов. Это же не считается, Миша, чего я тебе объясняю.
А  у нее любовник. Полюбила, значит… А как это вообще — полюбила? Что это такое? Выходит, жить она без него не может? Без меня может, а без него — нет? Пипец это, Миша, полный! И полное же отсутствие дальнейших жизненных перспектив.
И ведь кого выбрала-то? Мужичок так себе: потертый, седоватый, лет на пять ее старше. Мелкий какой-то, на голову ниже меня. Я тут сравнивал нас.  Два метра во мне, красавец, моложе ее на два года, готовлю ей, стираю, квартиру убираю, ремонты-х*ёнты — все идеально. С сыном ее, вроде, ладим. Не дурак последний. Ну, запью, бывает, так ведь я ж, когда выпивши, еще тише, да покладистее.
Ты скажи, чего ей надо-то? Одиннадцать лет скоро, как живем.  И что же, никакого срока давности в семейной жизни не бывает, что ли? Чтобы вот так,  прожили сколько-то лет вместе и все – можешь спать спокойно?
Люблю ее. Стерва она, если честно. Рабовладелица. Сильная баба. Не кричит, не дерется — только посмотрит как-то по-особому, презрительно, и сразу окатит всего жарким стыдом с ног до головы, словно ходишь по сцене с расстегнутой ширинкой напоказ или вдруг понимаешь утром, что обоссался в постели. Такой вдруг стыд накатит, аж ком в горле, а из-за чего, собственно, — не понимаешь.  И все лебезишь, лебезишь…
И ведь знаю, что зря, что не посмотрит с нежностью, не притянет голову, не погладит по волосам, не пожалеет. Никогда такого не было, веришь – нет, Миша? Никогда! А я все жду, жду чего-то. А вдруг, а может, ну еще один годик, еще чуть-чуть. Ночью от любви и желания к ней угораю, а боюсь даже тронуть — только когда она сама разрешит. Вот так-то, брат…
Миша, я схожу с ума! Я не могу ее потерять! Умру, пропаду, исчезну. Не  могу представить, как  мне жить без нее. Не могу — и все.
Она с этим потертым счастлива. Улыбаться стала, задумчивая какая-то, отвечает невпопад, и спать со мной перестала совсем. Раньше отшучивалась: «Женщина устроена так, что секс ей нужен один раз в сорок восемь дней — для здоровья. Больше — уже вредно».
Вредно ей, бля! Да я столько раз видел их вместе! И как она к нему в дом заходила — видел,  и как выходила оттуда вся розовая от счастья.
Да не смейся, я караулю ее каждый день, прячусь в кустах, за углами,  подсматриваю, как они смеются, ходят, взявшись за руки по городу, целуются прямо на остановках и в кафе, и говорят, говорят, говорят… Она светится вся. У нее, знаешь, какое лицо, когда она улыбается? Совершенно другое — ясное, чистое, небесное, как у ангела. А когда она со мной — грустные, резкие морщинки повсюду и все вниз, вниз. И говорит мало, знаешь,  четко так, металлически, чеканит каждое слово, как учительница в школе для дебильных детей. А с ним — смеется заливисто, как колокольчик — динь-динь-динь…
О чем они столько говорят, Миша? О чем можно столько болтать? Они не останавливаются ни на минуту: жестикулируют, хихикают,  толкаются, трогают друг друга постоянно. Представь, не отпускают друг друга!  Крепко схватятся за руки и идут, глядя друг другу в глаза, а не на дорогу.  И им по хрену и на народ вокруг, и на приличия. Как ни странно, люди их плавно огибают. Они или не видят их или  уважают. Как ты думаешь?
Я не понимаю, как мне дальше жить. Мне хочется убить его. Только его — ее я ни в чем не виню. Даже волос ее не может упасть.
Видишь нож. Он давно приготовлен, и я, примерно, знаю, как это сделать.
Тьфу, сука, ну как же это мерзко!
Нет, лучше не так.  Мы встретимся — я сделаю страшное лицо, заору матом, покажу  злой блестящий нож — он задрожит, испугается, убежит и больше к ней не подойдет.
Только вот испугается ли?
В этих мерзких ледяных глазках есть что-то такое, отчего мне самому становится не по себе. Просто так, если бы не такая жизненная связка, мне не хотелось бы с этим уродом  встречаться  ни в темноте, ни на свету. Он не слабак — это понятно.  Дон Жуан херов. Опытный разбиватель женских сердец. Такие привыкли к экстриму, они и возбуждаются-то, наверное, не как все, а только в состоянии адреналинового подъема.
Он, видимо, ее понимает, в отличие от меня.  Я же вижу — жена просто стелется перед ним, постоянно заглядывает в глаза, поправляет ему прическу и очень часто кивает головой в разговорах. Со мной она обычно крутит головой в стороны. С ним она просто женщина и все в ней тяготеет к покорности.
У меня есть все его данные: адрес, телефон, информация о бывшей жене, дочери, работе, о прошлой жизни. Слава богу, есть еще друзья — пробили по базам. Слава продажной  российской милиции! Но все равно, этого очень мало.
Знаешь, что я придумал? Приду к его бывшей, я расскажу все, и мы поговорим. О нем, о том, какой он, как он спит, ест, ходит, кем трудился, что умеет, как трахается, наконец. Может, она  — обиженная недавним разводом, со зла, вывалит мне всю их семейную грязь, всю интимную правду  и нестиранное белье? Брошенные бабы злы и мстительны. Распишу, что он из-за моей жены с ней развелся — и попрет дерьмо. А если эта баба ничего — так и трахну. Вдов, ведь, утешают в постели. — Утешу. И сам, может статься, утешусь.
А потом открою моей жене глаза на него. Навру, но достоверно, — поверит. Развенчаю этот светлый образ, на хрен! Точно! Хорошее решение. Зачем убивать? Обосрать его, падлу!
Не смотри на меня, Миша, так!
Я понимаю, — мерзость это и подлость, но что-то ведь делать надо? Мне себя надо спасать, семью свою. Потому что не жить мне без нее. Я ей ничего и не скажу, все прощу, нет — пусть она меня простит.  Ноги ей целовать буду, пусть еще сильнее вытирает их об меня. Пусть она даже бьет меня каждый день, пусть издевается и мучает. Все отдам ей — даже душу для нее зажарю, если попросит.  Пусть. Только бы не уходила, только бы осталась со мной!
Миша, только ты никому об этом, ладно? Неудобно перед людьми: я такой большой, крутой перец на вид и, вообще… Ну, не надо, ладно. Я же тебе, как другу. Ты все поймешь, я  знаю.
А если проболтаешься, я из тебя вот этим ножом все опилки выпущу!

***


<<<Другие произведения автора
(14)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2019