Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 1683
529/260
 
 

   
 
 
 
Гампер Галина

Вещие вещи
Произведение опубликовано в спецвыпуске "Точка ZRения"

Единственная в моей жизни настоящая кукла с двумя русыми взаправдашними косичками, закрывающимися глазами: глубокими, синими, светящимися, румяным фарфоровым личиком с давнего-предавнего моего детства и до сих пор обретается в нашем доме, теперь ее место — за стеклами книжного шкафа. Кукла старинная, наверное, мои тети — Женя и Зина — приискали ее в антикварном магазине, надеясь обрадовать племянницу, единственного на всю семью ребенка. Исполнялось мне десять лет, и я опять лежала в одной из своих очередных больниц. Помню вечный электрический полумрак больничной палаты, гипс от пальцев ног до подмышек, так что перед глазами — только потолок. А внутри — постоянные боль и страх, что на следующей неделе, когда снова повезут в операционную, будет еще — во много раз — больнее. Какой там день рождения! Я жила вне времени, года, суток… Утро для меня определялось лишь появлением надо мной бабушкиного лица. Каким образом ей удавалось проникнуть в запертую на карантин больницу? Но проникала она почти ежедневно.

Однажды в ее руках оказалась длинная коробка, а в коробке — эта самая кукла и приложенное к ней поздравление в стихах, повествующих о том, как Ирочка сбежала из магазина, долго искала меня и наконец нашла.

Сама кукла, как потом рассказывала бабушка, не вызвала у меня никаких эмоций. Закрывающиеся глаза, крошечные, но совсем настоящие башмачки, сгибающиеся руки, ноги… все это я разглядела гораздо, гораздо позднее, но и потом она осталась чужой. Уж слишком не вовремя было ее появление в моей жизни.

Долго еще рядом с куклой хранилось стихотворение, приложенное, сочиненное моими тетями. Помню, что, прочитанное мне в тот день, оно было для меня таким наивным, таким не соответствующим всему прожитому, почувствованному за мои десять. “Да, они совсем еще дети, мои любимые взрослые тети”,— подумала я. И бабушка, светлая ей память, во многом оставалась ребенком. Она умела играть: разговаривала с Ирочкой, обшивала, переодевала ее.

Да, жизнь моей бабушке досталась не приведи Господь. Но у нее было детство. Бедное, голодное, но было. И у моих теть было, несмотря на все страдания, выпавшие на их взрослые годы.

После смерти бабушки Ирочка перестала быть и превратилась в символ недоигранного, точнее, неиграного детства, моего недетства.

P. S. “Вещие вещи” — так назвала Майя Борисова цикл своих эссе. Тогда это показалось мне просто удачной словесной находкой. Я не увидела за этим никакого мистического смысла — да, памятные, любимые вещи, не более того. И вдруг, когда я решила продолжать мамину задумку, произошло нечто и в самом деле мистическое. Раздался телефонный звонок. “Галя, ты помнишь меня? Я — Ира, дочка Зинаиды Степановны”. Помню. Конечно, помню. Вернее, вспомнила.

Вернувшись после бесконечных больничных мытарств домой, я надолго оказалась вне общения со сверстниками, и какое-то время Ирочка, навещавшая меня, стала единственной отдушиной в моем сугубо взрослом окружении. Да ведь и имя кукле было дано не просто так. Ирочка, конечно, Ирочка. Об этом я забыла напрочь, ведь судьба развела нас на долгие десятилетия. И вот замкнулся еще один жизненный круг. Мы договорились о скорой встрече. Узнаем ли мы друг друга?


<<<Другие произведения автора
(5)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2019