Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 1678
529/260
 
 

   
 
 
 
Лопотецкий Юрий

Игры наших дней
Произведение опубликовано в 100 выпуске "Точка ZRения"

Когда я был молодым инженером, мне постоянно доставалось от Ведущего. Ведущий инженер регулярно хмурил брови, цыкал зубом, и грозился наказать, как-то: лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить. Я не совсем понимал, куда меня можно понизить ниже инженера, но на всякий случай боялся Ведущего и добросовестно исполнял его требования. Он гнул мою стальную волю, отдавая всяческие экзотические приказы. Например: "Упал-отжался".

Какое-то время спустя, я обнаружил, что научился отжиматься лучше других. И даже уже почти наступал на пятки самому Ведущему. Ведущий был мудрый и опытный парень, и, разумеется, раньше других отметил этот факт. Поэтому, выйдя очередной раз из кабинета Начальника Группы, он, смазавшись вазелином, нахмурил брови, цыкнул зубом, и приказал: "Ладно. Будешь моей правой рукой. Нагни всех, и скажи, чтобы упали-отжались".

Я вышел ко всем, нахмурил брови, объявил, что теперь я — Правая Рука. И тогда все нагнулись и отжались, кто сколько смог. Сами.

Мне понравилось. И ещё я подумал, какой мощный административный ресурс в руках у Ведущего. Ведь он может лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить. Именно поэтому, едва он нахмурит брови, как все падают и отжимаются. И, если я когда-нибудь тоже стану Ведущим…

***

И однажды там, наверху, в небесах, что-то пришло в движение. Срослось нужным образом. То ли кого-то уволили, то ли отправили на заслуженный, то ли забрали в Министерство. И все подвинулись.

Ведущий занял кабинет начальника группы. И сказал, что теперь он сам — Начальник Группы. А я, его Правая Рука, становлюсь, так и быть, ведущим. Вместо него. После этого он нахмурил брови, цыкнул зубом, и я — упал-отжался. Убедившись в полной личной преданности, Ведущий, который теперь Начальник Группы, послал меня нагибать других.

Я лихо нагибал других, хмурил брови, цыкал зубом, и грозился наказать, как-то: лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить. Они не совсем понимали, куда их всех можно понизить ниже инженеров, но на всякий случай боялись и отжимались, сколько могли.

Так было, пока не попался один Упёртый, который отказался отжиматься. Тогда я его уволил. Предварительно лишив премии.

Однако Ведущий, который теперь Начальник Группы, только рассмеялся, когда узнал про такое моё решение. Он вызвал меня на Ковёр, нагнул и объявил, что у меня, сопляка, нет и никогда не было права лишать премии, объявлять выговор, понижать в должности и, в крайнем случае — увольнять. Всё это право есть только у него, Ведущего. А у меня, клоуна, есть только одно право — отжиматься. Ну, в крайнем случае, я могу ходатайствовать перед ним, Ведущим. Чтобы он, Ведущий, лишил премии, объявил выговор, понизил в должности и, в крайнем случае — уволил.

Смазавшись вазелином, я осторожно поинтересовался, каким таким удивительным образом можно управлять коллективом, если никаких полномочий фактически нет?

"А я как всё это делал, сидя на твоём месте? — рассмеялся Ведущий, который теперь Начальник Группы. — Я — надувал щёки, играл бровями, вперивал стальной взгляд. Чего и тебе желаю. Ладно, отожмись пару раз, и ступай с Богом. Нагни там кого-нибудь. Только сразу не увольняй, ха-ха!"

Я принял это к сведению. И ещё подумал, какой мощный административный ресурс в руках у Начальника Группы. Ведь он может многое, как то: лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить. Именно поэтому, едва он нахмурит брови, как все падают и отжимаются. И, если я когда-нибудь тоже стану Начальником Группы…

***

И вот, однажды там, наверху, в небесах, что-то вновь пришло в движение. Срослось нужным образом. То ли кого-то с почестями похоронили, то ли отправили в места не столь отдалённые, то ли забрали в Министерство. И все опять подвинулись.

Мой Ведущий, который Начальник Группы, очень быстро пересел в кабинет Начальника Сектора. Оно и понятно: к тому моменту он так лихо падал и отжимался, что никто в Секторе не мог сравниться с ним в этом искусстве. Кроме самого Начальника Сектора, который ушёл на повышение.

Ведущий, который Начальник Группы, вызвал меня к себе в новый кабинет, нагнул, и, для начала, предложил упасть и отжаться. Дождавшись, когда я смажусь вазелином, он сказал, что теперь он — Начальник Сектора. А я, его Правая Рука, становлюсь, так и быть, начальником группы. Я обрадовался, и стал думать, кого же я сделаю своим ведущим. Но тут выяснилось, что это не моя прерогатива, и что ведущего для меня он подберёт сам. Лично. Нагнул, и снова предложил упасть и отжаться. Затем, на всякий случай, предупредил, чтобы я особо не обольщался, и помнил: на осклизлых ступеньках коварной Лестницы, всегда и везде, при любом раскладе, кем бы мне не позволили быть, он будет оставаться для меня Ведущим. Во избежание.

Затем мы вместе упали-отжались, при этом он показал мне ещё один неизвестный до сих пор приём, чем очередной раз удивил, и, заботливо меня смазав (лично), отпустил.

"Но это ничего, — радостно думал я. — Вот теперь заживём!" Ведь я добился исполнения заветной мечты. Стал начальником группы.

И я опять лихо нагибал других, хмурил брови, цыкал зубом, понемногу отрабатывал стальной взгляд, и грозился наказать, как-то: лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить. Они, все, кроме моего ведущего, не совсем понимали, куда их можно понизить ниже инженеров, но на всякий случай падали и отжимались, сколько могли. А ведущий — больше всех. Во избежание.

Так было, пока снова не нарисовался Упёртый, который отказался отжиматься. И ещё он осмелился послать ведущего. Моего ведущего! Тогда я его уволил. Во избежание. Предварительно лишив премии. Но сначала понизил в должности.

Однако Ведущий, который теперь Начальник Сектора, только рассмеялся, когда узнал про моё такое решение. Он вызвал меня на Ковёр, нагнул и объявил, что у меня, щегла, нет, и никогда не было права лишать премии, объявлять выговор, понижать в должности и, в крайнем случае — увольнять. Всё это право есть только у него, Ведущего. Который Начальник Сектора. А у меня, клоуна, есть только одно право — отжиматься. Ну, в крайнем случае, я могу ходатайствовать перед ним, Начальником Сектора. Чтобы он, Начальник, применил свой специальный ресурс, как-то: лишил премии, объявил выговор, понизил в должности и, в крайнем случае — уволил.

Я хотел спросить его о наболевшем: каким образом можно управлять коллективом, если никаких полномочий фактически нет?

Но тут его вызвал Заместитель Начальника Отдела, и Начальник Сектора, грозно цыкнув напоследок зубом, приказал дождаться его после Ковра, после чего он мне всё доходчиво втопырит. Добавил, чтобы за время его отсутствия я времени зря не тратил, а использовал его наиболее эффективным и целевым образом, как-то: упал, и отжался. И он, на всякий случай, смазавшись, убыл на Ковёр.

"Вот так дела…" — растерянно думал я, отжимаясь. Когда же у меня будут настоящие полномочия?

Вернувшись от Заместителя Начальника Отдела, Ведущий смазался, и, в профилактических целях нагнул, после чего предложил упасть и отжаться. Во избежание. Дождавшись, когда я смажусь вазелином, он, предварительно убедившись в личной преданности, дружески улыбнулся и сказал, с некоторой теплотой в голосе: "А я как делал, сидя на твоём месте? Надувал щёки, играл бровями, вперивал стальной несгибаемый взгляд. Чего и тебе желаю. Ладно, отожмись ещё пару раз, да и ступай с Богом. Нагни там кого-нибудь. Только не увольняй, ха-ха!"

И я опять лихо нагибал других, сноровисто хмурил брови, цыкал зубом, и грозился наказать, как-то: лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить. Они опять мало что понимали, но на всякий случай отжимались и отжимались. Во избежание.

***

Но однажды там, наверху, в небесах, что-то опять…

В общем, в один прекрасный  день, Начальник Сектора позвал меня и моего ведущего, и мы втроём ворвались в кабинет Заместителя Начальника Отдела, где сообща его нагнули. Он, во избежание, по привычке пробовал играть бровями, цыкать зубом, и даже вперивал стальной несгибаемый взгляд. Однако, что интересно, это на нас почему-то не действовало. Ещё он грозился всех уволить, предварительно лишив премии и сбросив с Доски Почёта. Вот тут, лично мне, стало немного не по себе; а ведущий — так тот вообще побледнел и забился в угол. Но настоящий Ведущий, который Начальник Сектора, только глумливо смеялся. Подбодрив группу захвата, он мастерски срезал заместителю Телефонный Аппарат и отобрал Ручку. Уловка сработала: инстинктивно привстав за ускользающей Ручкой, заместитель допустил стратегическую ошибку, а именно: не мгновение ослабил контроль над главным атрибутом Власти — Креслом. Едва он оторвал зад от Кресла, как Ведущий выбил из-под него главный атрибут, и всё было кончено. В пределах четверти человеко-часа. Бывшего заместителя положили на Ковёр, и надругались, даже не дав предварительно смазаться — именно это произвело на меня ужасающее впечатление и заодно подняло авторитет Начальника Сектора на небывалую высоту. Мой ведущий вообще был бледен. Именно в этот момент, слушая гнетущие стоны бывшего, жалобно просившего хотя бы смазаться, мы поняли, что Ведущий стал Заместителем Начальника Отдела. Во исполнение.

Закончив куражиться, Начальник Сектора приказал лягнуть лежачего каждому из нас по три раза, приговаривая: "Ну что, морда, лишил нас Премии?". И, когда бывший заместитель был окончательно сломлен, сообща поволокли его к Начальнику Отдела. Начальник Отдела, вальяжно встав из-за огромного, подавляющего величием стола, мягко, по-барски, подошёл к распятому бывшему, и, символически пнув, нагнул в последний раз, демонстративно отобрав баночку с вазелином. Судорожно зажатые пальцы не хотели отдавать баночку, но под железной стопой Начальника — жалко хрустнули, и, раздавленные, — отдали. Лишившись последнего, хотя и не самого решающего атрибута, бывший окончательно превратился в ничто. Мы заставили его содрать самого себя с Доски Почёта, после чего торжественно вышвырнули из Учреждения, а вслед ему плевал Последний-Самый-Распоследний-Вахтёр.

***

Утром Ведущий, который Начальник Сектора, приказал мне построить всех других начальников секторов, и вести в кабинет Заместителя Начальника Отдела. Почему-то они меня послушались, хотя имели более высокий статус. Наскоро отжавшись, — пошли.

Зайдя в кабинет, обнаружили Ведущего, сидящего в Кресле Заместителя Начальника Отдела. Он небрежно поигрывал Ручкой Заместителя Начальника Отдела, задумчиво постукивая по раздавленной вдрызг Баночке с вазелином бывшего. Баночка производила на всех удручающее впечатление, вопия, как надгробная плита. Следует констатировать, что означенная процедура производилась во избежание. С целью.

Небрежно подвинув локтём Телефонный Аппарат Заместителя Начальника Отдела, Ведущий, вольготно развалясь в Кресле Заместителя Начальника Отдела, объявил, что у него для нас две новости: одна хорошая, а другая плохая. Полные перспективных предчувствий, мы профилактически отжались. Во избежание. Некоторые заблаговременно заготовили Баночки с вазелином. В соответствии с Регламентом.

Согласно его компетентному мнению, хорошая новость заключалась в том, что начиная с текущей декады — он, Ведущий, назначен Заместителем Начальника Отдела. В соответствии со Штатным Расписанием. Во исполнение. И далее по тексту.

Плохая же новость заключалась в том, что его вакантная должность Начальника Сектора заполняется моей кандидатурой в соответствии с Положением о кадровом резерве и утверждена Самим (он поднял глаза вверх) с визой самого (он скосил глаза влево). Упали-отжались. В целях.

Раздался вздох облегчения, все мастеровито упали, отжались, и вновь упали-отжались. Наиболее нервные принялись смазываться. Наиболее дальновидные принялись похлопывать меня по плечу. Только тут до меня туго дошло, что я стал Начальником Сектора. В связи с вышеперечисленным.

Ведущий, который Заместитель Начальника Отдела, небрежно бросил мне совершенно новую Баночку. Согласно Положению, мне в соответствии с новым статусом, полагалась специальная, начсекторская Баночка, поставляемая по спецзаказу. Вазелин в таких Баночках более скользкий и имеет особый, приятный вышестоящему руководителю стимулирующий аромат.

Хоть и был я травмирован необычной ситуацией, тем не менее — умудрился сноровисто поймать свою Баночку, и данный факт предположительно можно расценивать как благоприятный признак, положительно характеризующий возросшую деловую хватку меня, как перспективного и эффективного руководителя нижнего звена. Как следствие.

Далее всем было приказано упасть-отжаться, после чего, убедившись в беззаветной личной преданности, Ведущий всех распустил. Мне было приказано остаться. И далее по тексту.

Мы сообща понюхали Вазелин из моей новой Баночки, по достоинству оценив его неповторимый аромат. "Мне будет грустно без этого запаха", — ностальгически уведомил меня Ведущий, и тут же предложил пару раз отжаться. Мы немного поотжимались, смазались — каждый своим — после чего мне было инструктивно объявлено, что по поводу начальника группы я могу не беспокоиться. Он его подберёт сам. Впрочем, радость от нового назначения была такова, что этот малозначащий нюанс не мог её омрачить. Главное в том, что я теперь стал Начальником Сектора, а, следовательно, имею право, во исполнение и во избежание, принимать меры дисциплинарного воздействия в полной мере регламентированного административного ресурса, как-то: лишить премии, объявить выговор, понизить в должности и, в крайнем случае — уволить.

***

Утренняя сводка информировала об из ряда вон выходящем инциденте: Упёртый отказался исполнить целевое вышестоящее распоряжение Начальника Группы. Обеспечив расследование инцидента по горячим следам, я вызвал на Ковёр всех начальников групп моего сектора, в том числе и начальника группы, в которой, согласно Штатному, числился Упёртый. Отжавшись в профилактических целях, они приступили к заслушиванию моего распоряжения о недопустимости. Исполнив во избежание, я отдал распоряжение выйти на Ковёр начальнику провинившийся группы в целях. Заслушав неудовлетворительные разъяснения начальника группы о фактах самовольного, я указал ему на вид, поиграл бровями, и нагнул, вперил стальной несгибаемый, обеспечив методологическую помощь в преодолении. Присутствовавшие начальники групп единодушно, перенимая опыт. И учитывая оргвыводы в сложившемся контексте. Исходя из местных условий.

К чести начальника группы, он, в духе лояльности, принципиально отказался от права воспользоваться Баночкой, и, в едином порыве, продемонстрировал. Конструктивная самокритика в разрезе сложившихся обстоятельств форсмажорного момента, позволяет признать неоспоримый факт недостаточно эффективного руководящего начала непосредственного начальника, на что ему и было инструктивно указано. Начальник группы, во исполнение, посыпал голову пеплом, что было воспринято нижним руководящим звеном трудового коллектива в положительном воспитательном контексте и вполне в духе. Учитывая положительную динамику в текущем квартале. Все отжались, потом упали, и снова отжались, выразив недоверие и разработав рекомендации. Далее, согласно действующему Регламенту от такого-то, такого-то, за номером таким-то, в полном соответствии с разделом об, на Ковер был вызван Упёртый, в чём и был публично распят, коллегиально разложившими его начальниками групп, обеспечившими согласно инициативе нижнего руководящего звена методологическую помощь профилактического характера в разрезе воспитательных мероприятий. Положительно восприняв обмен руководящим опытом, начальник группы, в порыве стремления к достижениям, самолично использовал персональный административный ресурс, в полном соответствии. Разложив Упёртого на Ковре, начальник группы предпринял попытку его нагнуть. Однако Упёртый не упёрся, упора не получилось, и, в связи с низкой эффективностью воспитательного момента, начальник группы был временно отстранён от руководства вверенным. После чего я лично нагнул Упёртого, и, далее по тексту, объявил ему о неполном служебном, дополнив следующими мерами административного, как-то: лишил премии, объявил выговор, понизил в должности и, в крайнем случае — уволил.

За полтора нормо-часа до окончания согласно ПВТР продолжительности рабочей смены, Ведущий вызвал меня к себе. Он выразил авторитетное мнение, что, будучи своевременно информированным о предпринятых мною мерах административного характера в отношении означенного выше лица, и, далее по тексту, выражает сомнение в эффективности политико-воспитательных мероприятий под моим непосредственным руководством, а также, в связи с изложенным выше, на правах полномочий в пределах своей компетенции, объявляет мне устное замечание в разрезе превышения отведённых мне Положением о Филиале прав и обязанностей должностного лица в статусе начальника сектора за их халатную трактовку в моём лице.

Грубо говоря, он опять смеялся, когда узнал про моё решение уволить Упёртого. Он вызвал меня на середину Ковра, нагнул и объявил, что у меня, щенка, нет, и никогда не было следующего административного ресурса, как-то: лишать премии, объявлять выговор, понижать в должности и, в крайнем случае — увольнять. Всё это право, согласно выделенного предела компетенции, есть только у него, Ведущего. Который Заместитель Начальника Отдела. А у меня, клоуна, есть только одно право — отжиматься.

Когда я смазался, он немного подобрел. Перестал играть бровями, и объявил, что завтра идём брать Начальника Отдела. И пообещал, цыкая зубом, что если я проявлю, то мне соответственно, будет. В пределах означенных полномочий.

На данный текущий момент, исходя из сферы границ полномочий, согласно матрицы ответственности, мне рекомендовано направить Упёртого на 21 нормо-час принудработ, подкрепившись, во избежание, Указанием о расширении зоны обслуживания.

Недолго думая, я, проведя целевой инструктаж ведущего, распорядился выделить Упёртого на протирку от пыли Доски Почёта. В полном соответствии с распоряжением, Упёртый, в течение 21 нормо-часа драил от пыли Доску Почёта, изыскивая, по старой традиции Филиала, протирочный материал из собственно ресурса, как-то: спецодежда 1-го срока носки, гигиенические принадлежности личного характера и так далее, и тем прочее, согласно далее по тексту до конца абзаца.

Упёртый старательно исполнял отбытие наказания, и тщательно отдраил почти все фотографии. Жаль, что я допустил промах, не проверив исполнение лично. Потому что означенное выше слово "почти", будучи рассмотренным в разрезе детализации означает только одно: он протёр все фотографии, кроме… моей.

А я… Я не придал тогда этому значения…

***

Утром Ведущий выждал положенные десять минут подготовительно-закрепительного времени по началу рабочей смены согласно апрельской редакции ПВТР, и повёл нас на захват. Дальнейший анализ событий показал, что именно данных десяти минут, отводимых на подготовительно-закрепительные мероприятия персонала, нам и не хватило. Ворвавшись, при поддержке начальников секторов, всего свыше 8 единиц по ШР, во главе и под непосредственным руководством Заместителя Начальника Отдела в кабинет Начальника Отдела, мы пришли к констатации, что мы опоздали. Оперативную обстановку уже контролировали люди Начфина.

В нарушение Положения о Филиале, проявив непостижимое вероломство в ключе полного игнорирования отводимого персоналу подготовительно-закрепительного времени, цинично растоптав вековые традиции Филиала, Начфин использовал данный неучтённый ресурс рабочего времени для тактического и оперативного превосходства. Пока наша группа, свято соблюдая вековые традиции неприкосновенного ПЗВ, выдерживала статус предварительной готовности, люди Начфина уже вовсю нагибали Начальника нашего отдела, и, к моменту появления бригады Ведущего, уже изъяли не только Кресло и Телефон, но и даже Баночку.

Бывший начальник лежал распятый на собственном Ковре, в кресле посетителя развалился довольный Начфин, а там, в Кресле Начальника Отдела (нашего отдела!), о ужас, сидел и хмурил брови… Человек Начфина.

— Ну что, бакланы? Бунт на корабле? — Человек Начфина цыкнул зубом. Затем, неторопливо открыв дипломат, не глумливо выудил из недр чемоданчика Большую Резиновую Клизму. И, поиграл бровями. — А ну, суки, в борозду! Арбайтен!

Мы поёжились. Большая Резиновая Клизма — изуверское, запрещенное всеми неписанными законами бюрократии оружие. Большая Резиновая Клизма — своего рода трёхгранный штык мировых карьерных войн, запрещенный, как известно ещё в двадцатом веке. Ведь раны этого оружия не заживают очень долго… Большая Резиновая Клизма — это беспредел! Итак, мы поёжились. Поёжились все, кроме Ведущего. И ушли, все, кроме Ведущего. Ведущий был крепкий парень. На прощание он сказал, игриво глядя на Клизму:

— Говоришь, ПЗВ тебе не указ? Ну-ну. Интересно поглядеть, как финансисты будут рулить инженерным отделом.

— Не твоя забота, Ведущий. Иди. Сними там свою фотографию с Доски Почёта.

— Яволь! — щёлкнул каблуками Ведущий. И вышел.

Только вот незадача: не видел наивный Человек Начфина, что в глазах Ведущего заиграл нехороший отблеск огонька Аппаратной Мести. Причем, констатирую, мести не по правилам. Мести в обход правил. Ибо тот, кто посягнул на святая святых — ПЗВ — не достоин ни правил, ни уважения. Отныне руки Ведущего были развязаны.

И ещё: в правом кармане он сжимал свою Баночку. Железно сжимал…

***

Полторы декады спустя, осуществив предварительную консультацию с Самим, Ведущий организовал выездной семинар по вопросам взаимодействия и эффективного дублирования в разрезе гибких компетенций. Куда Сам, с подачи Ведущего, благополучно законопатил Начфина вместе с его шатией. Предположительно, Самому уже и самому Начфин был поперёк горла, беспредельно крысятничая на финансовых потоках. ПЗВ — это вообще семечки в масштабах начфиновой афёры…

Следуя далее, Начифин, падкий на девочек и методики гибких компетенций, клюнул на приманку, и благополучно отбыл. Говорят, когда его информировали об осуществлённом ниже по тексту, он, стоя распушившимся павлином, как раз читал слушателям семинара доклад о гибких компетенциях в условиях частично внедрённой адаптивной модели децентрализованных структур среднего звена (часть 14, "Б").

В контексте доклада предполагалось, что адаптивная модель будет продемонстрирована на слушателях путём нестандартного поведения докладчика, с целью обозначить разграничение по психологическому отклику аудитории селективно к скорости адаптации руководителей высшего звена на неожиданные вне рамок Положений ситуации, как-то: докладчик должен замолчать на четверть человеко-часа и игнорировать вопросы аудитории без объяснения причин.

Что и произошло, согласно описанной выше предварительной договорённости. Только замолчал Начфин, судя по материалам семинара — навсегда. В связи с реакцией аудитории, которая честно, в соответствии с корпоративной этикой, выдержала тупое молчание Начфина в течение полутора человеко-часов, и лишь затем взорвалась негодованием, своевременно выделив из своей среды спонтанно, в полном соответствии с доктриной Начфина о гибких компетенциях 18 лидеров высшего звена, — отправила онемевшего докладчика в специализированное заведение.

Когда мы, при поддержке плановиков и технологов, ворвались в кабинет Начальника Отдела, и.о. начальника отдела, он же Человек Начфина, сразу съежился в кресле. Он, не дожидаясь приказа Ведущего, который в этот момент переставал быть Заместителем Начальника Отдела, а уже почти был Начальником, безропотно и добровольно сдал свою Баночку.

Ведущий брезгливо, кончиками пальцев, повертел расписанную ромашками Баночку, и презрительно швырнул её на пол. Молвил:

— Паскудники. Дажа Баночки у вас, финансистов, не как у людей. Извращенцы.

Кто-то бросился поднимать. Вероятно, хотел прибрать означенный атрибут в качестве трофея. Однако Ведущий, устало, и как-то хрипло, указал:

— Отставить! Не инженерное это дело — Баночки с васильками. Стыдно, коллега!

Выдержав небольшую паузу, играя бровями отрывисто приказал:

— Клизму!

И.о. пробовал кричать, но мастера своё дело знали туго. Старые, заслуженные кадры. Когда Клизму опростали, и всё стихло, Ведущий вперил стылый взгляд в бывшего и.о.:

— Говоришь, с Доски Почёта меня снял, сука? Ну-ну. Вот и подвели Баланс сальдо-бульдо. Вон отсюда!

Бывшего лихо вытряхнули из кабинета, с хохотом протащили по коридорам, повозили рылом по Доске Почёта, и, засунув его фотографию вместе с рамкой в одно заветное место, не подлежащее протоколированию в связи с отсутствием цензурного (в нормативной лексике) слова в регламенте словаря Приложения №4 шестой редакции Положения о Документообороте, закинули в кабинет Самого. Что Сам с ним делал, доподлинно не известно, независимые аналитики лишь фиксировали стоны, всхливы и утробные хряки из-за Закрытых Дверей. Некоторые отмечали неразборчивые фразы, содержащие аббревиатуру ПЗВ, а чуть ближе к финалу — ПВТР…

Больше человека начфина никто не видел, и дело его списано в Архив.

Начплан же, в кабинете Начальника Отдела, самолично и дружески усадил Ведущего в Кресло Начальника Отдела, а Главтехнолог решительно придвинул Телефонный Аппарат, молвив: "Владей!". Ручку же ему подал я. Сам.

Далее мы отжались, после чего нам было приказано покинуть кабинет, а они там, за закрытыми дверям, отжимались и давали нюхать друг другу Баночки.

Но утром что-то пошло не так и…

***

Сегодня, на склоне лет, я с ностальгией вспоминаю эти наивные времена. Мне бы, теперешнему, уставшему от всего и вся — эти трогательные заботы, эти невинные проблемы… Мы, тогдашние, — знали, ведали, что нас ждёт? В какие жуткие времена мы идём семимильными шагами? Сегодня, в дни развала и всеобщей некомпетентности, в хамоватое время гопников-распильщиков, живущих по понятиям, — остаётся только мечтать о возврате к стабильности сытых годов… Где оно уважение, к профессии, где? Где ты, мой Ведущий?

Вздохнув, я снимаю трубку и звоню Крупному Поставщику. Приветливый голос менеджера на том конце провода:

— Здравствуйте, чем могу помочь?

— Мне нужен очень мощный сервер.

— Простите, насколько мощный?

— Очень мощный.

— Могу выслать прайс…

— Послушай ты, чудик, я же сказал мощный.

— Даже…

— Даже!

— Могу предложить… — и он называет конфигурацию чуда современной вычислительной техники, которую могут себе позволить только очень крупные и успешные корпорации.

Но у нашей конторы денег нет. И потому я кричу в трубку:

— Ты дебил, или кто? Я же просил мощный! Что за тормоза ты мне предлагаешь?

— Простите, а какой…

— Умножь такты на четыре, процессоры — на шесть, оперативку на три…

— Господи… В стране такой конфигурации нет…

— А где есть?

— Ну… Заказывали финны.. Если желаете…

— Желаю! Башляю вдвое! Финны потерпят. Когда поставишь?

— Ну… неделя…

— С дуба рухнул? Послезавтра должен стоять в ЦОДе! Иначе я иду к вашим братьям!

Я называю адрес нашего ЦОДа и обалдевший менеджер даже не рискует спросить предоплату. Он, дурашка, расшибётся в лепешку, но поставит супер-сервер прямиком из Канады, не понимая, что денег ему не видать, как своих ушей. Когда пройдёт три месяца, менеджера посетит смутное беспокойство, но он так и не рискнёт просить денег у такого крупного клиента.

Он позвонит лишь месяцев через пять. И робко намекнёт, что неплохо бы получить денежку. Я знаю, что он услышит от меня. Он услышит, что его сервер полное дерьмо и не справился с задачами. А потом я обращусь к его конкурентам. Которые, узнав, от какой конфигурации мы избавляемся в связи с её медленной работой на наших задачах, привезут спецрейсом свой монстр. И даже не спросят денег.

А в чём проблема?

За деньги такое сделает любой дурак. Попробуйте бесплатно. Да и что пробовать. Вы это сделаете. Потому что начальником у вас Бандит. Живущий по понятиям. И клизма в его понятиях — шаловливая детская забава. Уж поверьте.

И далее по тексту.


<<<Другие произведения автора
(2)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2019