Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 192
528/257
 
 

   
 
 
 
Гончаренко Светлана

Мудрец с душою дитя
О писателе Николае Кузакове

На одном литературном вечере, посвященном памяти писателя Николая Кузакова, про него сказали, что он писатель родом из легенды. Эта фраза очень заинтересовала меня, как-то заворожила своей таинственностью. До этого я никогда пристально не вглядывалась в творческую судьбу писателя. А ведь, надо же, как бывает, жила с ним в одном городе, по одним улицам с ним ходила… Мы даже знакомы могли бы быть… Но что поделаешь, когда он был еще с нами, я была совсем молоденькой девчонкой и просто не поняла глубины его творчества, не вгляделась внимательно в его душу.

Родился Николай Дмитриевич Кузаков в Иркутской области в небольшом таежном селе. Тайгу, ее обитателей и законы он знал с детства. Свой удивительный дар любви к природе он унаследовал от своих возможных предков – тунгусов и эвенков. Интересно, что литератор Е.Ф. Куренная-Берцик попробовала определить этимологию его фамилии от эвенкийского слова «куджа» (в этом языке нет звука «з»), что в переводе на русский язык означает «сват», т.е. в общем смысле – родной, близкий человек. Да, я согласна с таким определением, потому что он стал родным и близким для многих читателей через свои произведения, через журналистскую практику, он «сосватал» нашим сердцам край тайги и севера, он породнил нас с удивительным миром легенд нашего сурового края.

Те, кто лично знали Николая Дмитриевича, говорят, что у него было такое почти детское свойство всему удивляться. Он мог проползти большое расстояние по земле, наблюдая за муравьем, только для того, чтобы посмотреть, куда же он понес личинку мухи. Рассветы и закаты, леса, поля и горы, реки и озера, животные и птицы, рыбы и насекомые, явления природы и, конечно же, люди с их жизнью и обычаями – все занимало его пытливый ум, на все вокруг он обращал внимание и всему бесконечно наивно удивлялся, как дитя.

Его книги не суетны, они врачуют душу, как некий бальзам, как подорожник на рану. Друзья и близкие ему люди считают, что он не просто умер, а ушел на другой берег холодной, упрямой таежной реки. В память о нем издана книга воспоминаний тех людей, кто знал его, работал вместе с ним бок о бок. Называется книга «Родники его души», она была составлена его дочерью Ириной Родионовой. Наверное, самым настоящим родником для Николая Дмитриевича была его вторая жена Евгения Герасимовна. Она поддерживала его в трудные минуты жизни, не давала упасть духом, когда в творчестве были простои, она набирала его произведения и готовила к печати его книги. Именно о ней М. Е. Вишняков написал стихи «Легкое очарованье», а композитор Л.Г. Аверьянов написал на эти стихи удивительно нежный приятный романс. Так и звучат серебряным колокольчиком в сердце его слова:

…Так не «Прощай!» -
«До свиданья!»
То, чему имени нет,
Легкое очарованье
Наших серебряных лет…

Будучи военным Николай Дмитриевич приехал в Забайкалье. Свой приезд в Читу он называл счастливой случайностью. Именно здесь он и состоялся вначале как журналист, а потом и как писатель. Он создал две радиостанции «Нива» и «Колос». Здесь вышли в свет четыре его книги, и он по праву может считаться забайкальским писателем. Некоторые даже считают его классиком забайкальской литературы, писателем первого ряда. Я бы сказала, что он «из первой литературной волны», впитал в свое творчество языки народов севера, их легенды, традиции, вобрал в свою душу огромное богатство и многообразие русского языка. А то, что исходит из глубины души, не может быть ложным.

Литературовед Людмила Полетаева очень интересно говорит о его искусстве слова – искусстве мыслить образами. Вот, например, в его книге легенд «Лунные колокола» она обнаружила, как он постепенно развивает образ нашей реки Ингоды в разных легендах. В одном месте он рассказывает, что Ингода – это значит гольцовая река, потому что «инга» в переводе с эвенкийского значит «река, которая берет начало на гольце». А голец, имеется ввиду, Сохондо близ Читы («сохо» - голец, вершина), это мы узнаем уже в другом повествовании. Эта река, словно перетекает из одной легенды в другую.

Николай Дмитриевич всегда стремился к гармонии, чистоте и к высокому гражданскому началу. Друзья считают его основными качествами искренность и неподкупность. На фотографии в библиотеке я вижу человека с добрыми, умными глазами и какой-то необыкновенной потаенной улыбкой, как у знаменитой Джоконды. Перед нами мудрец, который знает что-то такое, чего не знаем мы. Это он – писатель Кузаков.

Е.Ф. Куренная-Берцик, тоже литератор и журналист, много лет работавшая с ним на радио, считает его настоящим Мастером слова, умельцем. Улыбчивый и энергичный он всегда был на своем месте. Кроме того, он был наделен от природы даром философа, не закончив при этом каких-то институтов. Он почти на генетическом уровне ощущал и высказывал мудрость тунгусов и эвенков.

«Лунные колокола» - книга легенд, неповторимая поэма в прозе о таежном крае. Об этой книге, которую писатель не увидел, потому что она вышла в печать уже после его ухода, жена писателя Е.Г. Кузакова сказала так: «Он взял алмазы, чтобы огранить и вернуть народу бриллиант». В этой книге есть едва уловимое сознанием, но очень явственно доходящее до глубины души понимание вечности, покоя и величия духа. Север в его интерпретации предстает не только бескрайним, но и удивительно близким каждому, кто читает эти пробуждающие воображение легенды. Они живые – все, созданные им образы.

Интересно, что творческий гений Николая Дмитриевича проявился и в драматургии. Его драматические пьесы трижды с большим успехом шли в Драматическом театре Читы. Это «Рябиновая ночь», «Любовь шаманки», «Чудаки». Пьесы ушли со сцены только потому, что весь инвентарь и декорации настолько износились, что стали просто не пригодны к использованию. Писатель-драматург сам следил за ходом подготовки всех своих пьес, был знаком с режиссерами и актерами, которых очень любил и ценил их искусство. Произведения Николая Дмитриевича полюбились, запомнились зрителям. И было бы очень интересно увидеть его легенды из книги «Лунные колокола» на сцене нашего Драмтеатра. Думается, что действо это будет завораживающим, поразительным.

Прочитав «Лунные колокола», я поняла, как много упустила, не интересуясь творчеством Н.Д. Кузакова, и теперь стараюсь наверстать этот пробел, обогащая душу многообразием его словесных картин родной природы и жизни простых людей. Каждое его слово действительно отдается колоколом в глубине сознания, тихим, звучным, весомым, охватывает сердце благоговейным трепетом перед чем-то незыблемым, вечным, истинным. Это как «Лунная соната» в словах. Такое же настроение, как будто ты смотришь на небо в лунную спокойную ночь и ощущаешь единство со всем миром вокруг. И будто возвращаешься в детство, когда все просто, бесхитростно, и хочется впитать в себя все, что окружает, и хочется жить, и целая жизнь впереди… Такую же гармонию создал в своих легендах Николай Дмитриевич, таких по-детски наивных порой и, в тоже время, бесконечно мудрых.

Помнится, что любимой песней писателя была песня композитора Аверьянова «Тропинка детства». И для нас он так и остается добрым мудрецом с ищущей душой ребенка. Он не умер, а просто ушел куда-то в жизнь… И хочется верить, что душа его обрела то, что всегда искала.


<<<Другие произведения автора
(9)
(2)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2017