Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
- Игуану свою вы бы лучше в зоомагазин сдали. Она ведь еще вас укусит, не сомневайтесь… Кто один раз попробовал укусить, тот обязательно повторит.
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 535
529/259
 
 

   
 
 
 
Каденская Ирина

Прощённым, говорят, дорога в рай /Глава 6. "Другая жизнь"/
Произведение опубликовано в 108 выпуске "Точка ZRения"

В понедельник Глеб забрал свою машину из ремонта, у него был маленький "Пежо". С утра он отвёз мать в онко-центр на первый сеанс химиотерапии, затем поехал на работу. Хорошо, что в этот день можно было приехать немного позже.

Ещё Глеб начал читать Лизину книгу. Хотя там и не упоминался Солганский, но у него вдруг возник интерес к тому времени вообще. Он читал, и становилось страшно. И разум не хотел верить в то, что всё это происходило на самом деле.

А во вторник ему позвонила Лиза.

- Привет! - услышал Глеб в трубке её голос.

- Привет, Лиз. Как экзамен?

Он помнил, что вчера она должна была его сдавать.

- Сдала. На отлично, - с гордостью сказала девушка.

- Молодец. Я и не сомневался.

- Спасибо. Узнала я тут немного про твоего Солганского, - начала Лиза, - Ты слушаешь?

- Конечно!

- Итак, Солганский Ян Станиславович. Годы жизни - 1889 - 1920, тридцать один год. Арестован в Вельске. Расстрелян в поселке Киреевка, Ленинградская область, в апреле 1920-го года. Ну, последнее ты и сам знаешь.

- Да, - ответил Глеб, - Я даже был на этом месте. Там теперь маленькую такую часовню построили.

- Ну, слушай дальше. Участвовал в Белом движении. Обвинён по статьям - контрреволюция, участие в заговоре с целью свержения существующей власти. По последней статье полностью реабилитирован в 1991-ом году. То есть этот "заговор" был целиком сфабрикован, что в то время было не редкостью. Точнее, было такое повсеместно.

- А во время участия в Белом движении, какое у него было звание? - спросил Глеб, - офицер?

- Нет. Поручик.

- Понятно. А про его родных нет случайно каких-нибудь сведений?

- Только жена упоминается. Солганская Людмила Степановна.

"Значит Лу-Лу Солганская - это его жена", - подумал Глеб.

- Лиз, а про Людмилу Солганскую можно что-нибудь узнать? - спросил он.

- Про его жену... - Лиза замялась, - Если только она проходит где-то в списке репрессированных. В остальных случаях узнать что-то вряд ли получится. Правда, фамилия эта довольно редкая, по идее можно покопать генеалогическую базу, хотя бы через Интернет.

Я конечно, и Людмилу Солганскую посмотрю у нас в архивах.

А вообще, можно ещё сделать запрос в Вельск в их архивы, может быть, ещё какую-то информацию получится выудить.

- Лиз, это возможно?

- Ну...я могла бы попробовать, - после небольшой паузы ответила Лиза, - тебе ведь это важно?

- Да. Если получится ещё что-то узнать, заранее спасибо тебе огромное.

- Да не за что пока. С информацией, сам видишь, пока что не очень густо. Я, правда, всё ещё полностью не посмотрела.

Завтра загляну ещё в протоколы допросов здесь, у нас и сделаю ещё запрос в Вельск. Может быть, они какие-то сведения сразу через e-mail смогут скинуть.

Похоже, Лиза сама заинтересовалась этой темой.

- Да, и тут есть его фото, приложено к делу, - добавила она, - Красивый парень был этот Солганский.

***

Хотя Михаил Демичев и сказал Лу-Лу, что не держит зла на Солганского, в чём-то он слукавил. Осталась обида и неприязнь. И тоска по Лу-Лу, которая со временем немного ослабела, но избавиться от нее полностью Михаил так и не смог.

Летом 1916-го года состоялась свадьба Лу-Лу и Солганского. На ней Михаил не присутствовал, это было бы выше его сил. Он просто зашёл на следующий день к Лу-Лу и поздравил ее и Солганского. Свадьба была в Вельске, небольшая и скромная. Всё ещё решался вопрос с жильём. Лу-Лу собиралась продавать свою квартирку и вместе с Марусей переезжать в Петербург к Яну. Почему-то долго не находились покупатели, но к декабрю всё-таки всё решилось.

И 24-го декабря, в День рождения Лу-Лу Михаил зашёл к ней поздравить и попрощаться. На следующий день Лу-Лу уезжала в Петербург вместе с Марусей. Насовсем.

И хотя Лу-Лу была замужем и принадлежала другому, Михаил чувствовал, что сейчас от него как будто отрывают часть его души.

- Люся, пишите, когда время будет. Ладно? - сказал он в прихожей, когда уже собирался уходить.

- Конечно, Миша, - Лу-Лу улыбнулась, - Я не забываю своих друзей. Будем переписываться. И Вы заходите к нам обязательно, когда будете в Петербурге. Хорошо?

- Хорошо, - ответил Михаил.

Лу-Лу ушла в комнату и вернулась, держа в руках фотографию.

- Вот, хочу Вам подарить, - сказала она. Подошла к столу и написала на обратной стороне карточки своим круглым и аккуратным, немного детским почерком:

Дорогому другу Михаилу
на долгую и добрую память.

Лу-Лу Солганская,
24 декабря 1916 г.

- Спасибо, Лу-Лу,- поблагодарил Михаил, взяв в руки фотографию, - И...можно один дружеский поцелуй? На прощание?

Лу-Лу кивнула головой. Михаил поцеловал ее в щёку, чувствуя лёгкий цветочный аромат ее духов. Потом повернулся и быстро вышел из квартиры.

Уже в январе Михаил получил от нее первое письмо - небольшое, всего несколько строк. Лу-Лу писала, что у неё всё хорошо, Маруся учится в новой гимназии, а она сама теперь поет романсы в маленьком поэтическом кафе, куда её устроил Солганский.

А в марте Михаил получил ещё одно письмо, очень тревожное. Лу-Лу писала о произошедших в Петербурге волнениях. Точнее, это были не просто волнения, а февральская революция. "Наверное, теперь у нас начнётся какая-то другая жизнь", - писала Лу-Лу, - "И от этого мне становится… немного страшно"

Больше от неё писем не было. Михаил написал Солганским сам, но ответа не получил.

Время шло. Петербургские волнения в умах докатились и до провинциального Вельска. Хотя, не только Вельск, вся страна была взбудоражена произошедшими событиями, отречением царя от престола, сменой власти. Михаил беспокоился за Лу-Лу, у него даже были мысли поехать в Петербург, но потом он оставил эту идею.

В августе 1918-го неожиданно пришла весточка от Лу-Лу, очень короткая. Лу-Лу писала, что они возвращаются в Вельск.

"Всё остальное расскажу при встрече, Миша, если Вы к нам зайдете", - этими словами письмо заканчивалось.

Демичев сидел у Солганских и не мог наглядеться на Лу-Лу. Они приехали несколько дней назад. Это была квартира матери Солганского, она умерла несколько дней назад, что и явилось причиной их скорого приезда. Но не только это. Ян сидел непривычно тихий, придавленный своим горем, и Демичев подумал, что сейчас не испытывает к нему неприязни.

Солганского ему было даже жаль, как любого человека, которому пришлось недавно хоронить своего близкого.

Михаил спросил про Марусю. Лу-Лу ответила, что девочку они отправили в Тюмень к тётке.

- Там гораздо спокойнее, - закончила она, - В Петербурге сейчас страшно.

- Неужели всё так плохо? - спросил Демичев, - У нас здесь еще пока вроде всё по старому.

- Миша, в Петербурге невыносимо, - вдруг резко сказал до этого молчавший Солганский, - И уже не Петербург это... Теперь он, после переворота, у большевиков Петроградом называется.

- Да, - тихо кивнула головой Лу-Лу, - И они разгромили редакцию, где работал Ян. И наш магазин тоже.

- То есть ты теперь без работы? - спросил Солганского Михаил.

- Как видишь. А работа... видишь ли, нужно писать то, что ИМ выгодно и плясать под их дудку. А я так не хочу. И не могу.

Солганский налил рюмку водки и залпом её выпил.

Михаил сидел, не зная, что сказать. Он перевёл взгляд на тревожное лицо Лу-Лу, её потемневшие глаза.

- И что вы собираетесь делать? - спросил он.

- Пока поживём здесь, в Вельске - тихо ответила Лу-Лу, - Здесь спокойнее. А еще..., - она начала и замолчала.

- Что, Люся?

- Я не знаю, как отговорить Яна. Миша, может, Вы попробуете?

- От чего отговорить?

- В Архангельске сейчас формируют добровольческие войска для борьбы с большевиками. Ян хочет туда ехать.

Лу-Лу смахнула с глаз слёзы.

- Люся, перестань, - резко сказал Солганский, - Что я, по-твоему, должен сидеть и терпеть всё это?

- Ян, зачем тебе это? - спросил Демичев, - и неужели ты сможешь убивать людей? Ты даже в Военной Академии не доучился.

- Значит, пойду хотя бы рядовым. Ты пойми, Миша, не могу я спокойно на это всё смотреть, я должен что-то делать.

Демичев пожал плечами.

- Ну, послушай, Ян, у тебя же в Польше есть родственники. Может вам поехать туда?

- В Польше сейчас ненамного спокойнее, - Солганский посмотрел на него, и его зрачки сузились, - И потом... почему я должен ехать в Польшу? Я родился и живу в России, это моя страна.

Михаил вздохнул. Он знал, что Солганский ужасно упрямый и если решит что-то, то переубедить его практически невозможно.


<<<Другие произведения автора
(8)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018