Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 280
529/259
 
 

   
 
 
 
Каденская Ирина

Прощённым, говорят, дорога в рай /Глава 9. "В круге девятом"/
Произведение опубликовано в 114 выпуске "Точка ZRения"

После странного сна Глеб никак не мог избавиться от ощущения холода. Он пошёл на кухню и сварил себе кофе, грея руки о горячую чашку. Потом выкурил сигарету и заглянул в комнату матери. Она лежала на диване и смотрела какой-то фильм.

- Ну, как самочувствие, мам? - спросил Глеб

- Да вроде ничего, Глебушка. Правда вот, температура никак не проходит. И слабость какая-то, - мать взглянула на него.

- Ты лежи, не вставай.

Глеб обнял и поцеловал мать. А внутри так и не исчезало чувство холода. Было никак не согреться.

Он пошёл в свою комнату, набрал на мобильнике номер Лизы.

- Алло, - голос девушки звучал, как всегда, бодро.

- Лиз, привет, не сильно занята?

- Ну, у меня тут Вероничка вообще-то в гостях, сдачу экзамена отмечаем. Если ты насчёт своего Солганского, то я вчера сделала запрос про него в Вельск, завтра будет ответ.

Ещё завтра с утра посмотрю архивы допросов, как и обещала. Сегодня просто закрыто было.

- Спасибо большое, Лиз, - Глеб кашлянул, - Я ещё хотел спросить у тебя одну вещь.

- Какую?

- Ты "Божественную комедию" Данте читала?

- Читала, - немного удивлённо ответила Лиза, - Правда давно уже. А почему ты спрашиваешь?

- Да просто сон странный приснился.

- Что за сон?

- Лиз, какой самый тяжёлый грех? - вдруг спросил Глеб.

- Ну, вообще-то самоубийство. Но Данте считал, что это предательство. Даже убийцы у него находятся в седьмом круге, если не ошибаюсь. А предатели - в последнем, девятом.

- Девятый круг, пояс Толомея. Ледяное озеро Коцит, - проговорил Глеб, вспоминая прочитанное недавно в книге.

- Ну да, и в наказание они навечно вморожены в это озеро. Участь не из приятных, наверное.

- Самый страшный грех, - тихо сказал Глеб, - Лиз, ты тоже так считаешь?

- Я? - Лиза на мгновение замолчала, - Ну да, наверное.

Возникла пауза. В трубке Глеб слышал дыхание девушки.

- Лиз, я так соскучился, - вдруг честно признался он, - Может увидимся? Просто так...в кафе посидим?

- Глеб, я же тебе всё сказала раньше, - голос Лизы сразу стал колючим, - Давай не будем опять начинать эту тему.

- Ладно. Спасибо, что с поиском информации помогаешь.

Мне это действительно очень важно.

- Глеб, а почему важно? - вдруг спросила Лиза, - И кто он тебе, этот Солганский?

- Я точно не знаю, - честно признался Глеб, - Но он имеет отношение к нашей семье. Какое - я должен это выяcнить. Я чувствую, что там произошло что-то страшное.

***

Солганский рассказывал пол ночи. Как всегда, интересно. Но о страшных и тяжёлых вещах. И теперь он уже не смеялся, как когда-то, когда говорил о своей жизни в Петербурге, а был серьезным, иногда даже грустным.

"Он сильно изменился", - подумал Демичев.

Солганский рассказывал о том, как воевал. И как попал в плен - умудрился заболеть тифом, и его оставили в госпитале. А через несколько дней в город пришли красные.

- Так что своих я догнать не успел, как собирался, - проговорил Солганский.

- Да, - протянул Демичев, - Интересная история, - Но как же ты всё-таки потом освободился?

И Солганский рассказал удивительную историю своего освобождения.

- Ну что, Миша, захватили нас красные, - Я там был и ещё двое наших, один совсем при смерти, он вcкоре умер, другой был сильно ранен в ногу, поэтому его тоже оставили, когда отступали. Погнали нас вместе с другими пленными. Я совсем плох был, бросили меня в какой-то барак. А это был лазарет для пленных. Мне было совсем тяжело - приступы, лихорадка. И вот кинули меня на какие-то грязные тряпки. Ну, думаю, всё, осталось только умереть. Но умереть не получилось.

И Солганский рассказал, что доктор в этом лазарете, на его счастье, оказался тоже поляк. И любитель стихов.

- Представляешь, Миша, он сам там тоже что-то писал, читал мне даже, совета спрашивал - улыбнулся Солганский, - Когда у меня сознание прояснялось, мы на эту тему с ним хорошо поговорили.

В общем, ему я и обязан жизнью. Сначала он меня перевёл с места на полу на нары, принес белье чистое, даже новую шинель достал где-то. Прежнею то у меня сразу отняли,  как только в плен взяли. В общем, золотой человек оказался. Какие-то лекарства мне колол даже сам. А потом, - Солганский на мгновение замолчал, - Потом он помог мне сбежать.

- И как же? - удивился Михаил

- А вот так - в один из дней приносит мне какие-то бумажки и говорит: "Я Вам достал документы, на имя красноармейца".  Я сначала отказывался, ну а потом подумал - всё-таки это шанс. Через пару дней мне уже полегче стало, и он помог мне выбраться из лазарета. Так я и уехал оттуда. Поехал сразу в Вельск. Единственная мечта была - увидеть Люсю. Теперь понимаешь, почему меня при въезде не арестовали, - Солганский весело посмотрел на Михаила.

- Ну, ты как всегда, Ян, - усмехнулся Демичев, - Значит, ты теперь в красноармейцы записался?

- Ну, это же я так, временно, только чтобы до Вельска добраться.

И увидеть лисичку. Так соскучился по ней.

- Я тоже соскучился, - коротко сказал Демичев.

Возникла короткая пауза.

- И вообще, в этом весь ты, Ян. И ты ещё мне говорил о принципиальности.

- А что, Мишенька, - резко ответил Солганский, - Ты-то сам здесь как? Смотрю, неплохо уживаешься с новой властью?

- Уживаюсь, - Демичев налил себе немного водки и выпил, - Представь себе. Я просто не лезу на рожон.

- Ну-ну, может, еще скажешь, что делаешь все это искренне? Веришь во все эти их идеи?

- Идеи, - повторил за ним Демичев, - А, может быть...может быть, они не так и плохи.

- Господь с тобой, Миша. Посмотри, КАК они их воплощают. Тебе нравится это? - Солганский посмотрел на него в упор.

- Любые изменения не всегда проходят гладко. Чем-то всегда приходится жертвовать ради чего-то большего.

- А не слишком ли много жертв? Не-ет, Миша, нельзя так. Да и что значит большее? Я за эти почти два года многого насмотрелся. Они говорят, что строят город всеобщего счастья. Только забывают сказать, что при входе в этот город стоит плаха, - Солганский горько усмехнулся, - Нельзя строить счастье на крови, понимаешь?

- Ладно, Ян, - Демичев встал из-за стола, - Давай-ка спать ложиться.

- Спасибо, что не прогнал, - вдруг сказал Солганский, - Я тебя стеснять не буду, завтра сразу же уйду.

- Ну, завтра видно будет, - ответил Демичев, - Давай, ложись. Можешь здесь, в гостиной, - он кивнул ему на широкую кровать.

- Спасибо, Миша, я лучше тут, на диванчике, - Солганский, не раздеваясь, лёг на маленькую тахту, стоящую в углу и накрылся шинелью.

- Ну, давай, спи, - Демичев погасил свет и вышел.

Он поднялся наверх, в свою комнату. Но сон никак не шёл. Почему-то из головы никак не выходил рассказ Солганского... и его слова про Лу-Лу. Он спустился вниз, выкурил сигарету. Зашёл в гостиную и, включив маленький ночник, посмотрел в угол, где стояла тахта.

Солганский уже спал. Михаил всмотрелся в его похудевшее небритое лицо и опять подумал про Лу-Лу. О том, какие слова она говорила ему - Солганскому, когда целовала его - "Милый? Любимый?"

"И всё, всё у него получается", - С каким-то раздражением подумал Демичев, - Во всём ему везёт. Даже из плена у него получилось сбежать.

И почему так происходит - кому-то всё, а кому-то - ничего?"

И вдруг, когда он ещё раз взглянул на усталое красивое лицо Солганского, его вдруг пронзила мысль - страшная и в то же время такая обыденная в своей простоте, что Михаил даже замер.

И сразу же отбросил эту мысль. Но она не уходила, продолжала виться вокруг него, как навязчивый комар. Но, в конце концов, Демичеву удалось от нее отмахнуться.  И выкурив ещё одну сигарету, он пошёл наверх,  в свою комнату.

Воскресное утро было солнечным. Демичеву не надо было идти на свою новую службу. Солганский был в приподнятом настроении - ему удалось побриться.

- Наконец-то почувствовал себя человеком, - весело сказал он Демичеву.

Он хотел уйти с утра, но потом решили подождать, когда стемнеет. Было уже за полдень, когда Солганский, стоящий у окна, вдруг приоткрыл штору и начал всматриваться в улицу.

- Что там, Ян? - спросил Демичев, сидящий в гостиной.

- Взяли кого-то, - хрипло сказал Солганский.

Демичев подскочил к окну.

Из дома напротив действительно выводили какого-то человека.

- Отойди от окна, - прошептал Демичев.

Солганский опустился в кресло и как-то беззащитно посмотрел на него.

- Ты его знаешь, Миша?

- Да вроде нет. Первый раз вижу. Чёрт! - выругался Демичев, - Не дай Бог, если и сюда придут.

Солганский как-то напряженно смотрел перед собой.

- Ну, документы у меня теперь красные, - негромко сказал он.

Это всё так, - начал Демичев, - Но...

Его речь оборвал звякнувший в дверях колокольчик.

Демичев и Солганский переглянулись.

- Не открывай, - коротко сказал Ян.

- Они всё равно не отстанут, - проговорил Демичев, - Сиди здесь.

Он прошел в коридор и отпер входную дверь. На него, как прицел, смотрели небольшие пронзительные глаза чекиста.

- Ваши документы, - обратился он к Демичеву.

- Демичев достал из кармана удостоверение и протянул его.

- А что, собственно, происходит? - спросил он.

Чекист, изучающий его документы, поднял на Михаила глаза.

- Задержали тут подозрительное лицо. Спекулянт. А Вы ничего подозрительного не замечали последнее время?  - спросил он Демичева.

- Я? Вроде бы нет.

- Вроде бы?

- Нет, не замечал.

- Ну, хорошо, - чекист вернул Демичеву его удостоверение, - Но бдительность всё-таки не теряйте.

Задержали его прямо напротив Вашего дома, - и он опять пронзительно взглянул на Демичева.

- Бдительность... да-да, хорошо, - пробормотал Михаил.

Чекист уже повернулся, чтобы уходить. В последний раз взглянул на Демичева. И того вдруг опять пронзила эта страшная...и такая простая мысль. "А что я теряю?" - вдруг быстро, за долю секунды пронеслось в мозгу Демичева, - "Ничего. Да и Люся не узнает. Никогда не узнает".

- Постойте, - вдруг громко сказал он чекисту, который уже успел отойти на несколько шагов, - Я хочу поделиться с Вами одной информацией"

Сидевший в гостиной Солганский резко встал, когда в комнату вдруг быстро вошли два незнакомых человека.

- Ваши документы, - резко бросил ему один из них, с маленькими пронзительными глазами. Второй чекист встал у дверей, загораживая выход.

- В чём дело? - спросил Солганский, протягивая ему документы.

- Вы арестованы, - бросил ему чекист.

- Можно узнать, за что?

- Поступила информация, что Вы - не тот, за кого себя выдаете.

- Информация?

- Да, и поторапливайтесь.

Солганский c побледневшим лицом повернулся к двери. На его руках сразу же защелкнулись наручники, и чекист грубо толкнул его в спину.

- Давайте живее!

Солганский вышел в прихожую. У входной двери стоял Демичев. Солганский посмотрел на него в упор, и Михаил отвёл глаза, не выдержав его взгляд.

- А ведь это ты, Миша, - быстро прошептал Ян, подойдя к нему вплотную, - Неужели из-за Люси? Ну, молодец, дождался своего часа.

Демичев молчал, и Солганский плюнул ему в лицо.


<<<Другие произведения автора
(6)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018