Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
Я снова играл в гляделки с тобой.
И почему-то мне кажется, что на этот раз я победил...
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 535
529/259
 
 

   
 
 
 
Каденская Ирина

Прощённым, говорят, дорога в рай /Глава 17. "Перемены"/
Произведение опубликовано в 124 выпуске "Точка ZRения"

Длинные гудки звучали долго, и Глеб уже решил, что в этот раз он не дозвонится. Но вдруг раздался щелчок и женский голос бодро сказал:

- Алло.

- Здравствуйте, - сказал Глеб, собираясь с мыслями.

Возникла небольшая пауза.

- Я вас слушаю, - слегка раздражённо проговорила женщина.

- Извините за беспокойство, - начал Глеб, - Могу я поговорить с Надеждой Викторовной Реуз?

- Вы с ней и говорите, - ответила женщина, - А в чём дело?

- А Мария Степановна Реуз - Ваша родственница? - спросил Глеб.

- Да, это моя бабушка, но она уже давно умерла, - в голосе женщины опять послышались нотки раздражения, - Послушайте, молодой человек, я тороплюсь. Если это очередной соц. опрос по телефону или что-то в этом духе, то извините, у меня нет времени на всю эту ерунду. И так надоели вы все уже своими звонками.

- Нет-нет, - торопливо сказал Глеб, испугавшись, что она бросит трубку, - Это не соц. опрос. Меня зовут Глеб Демичев, и я собираю сведения об истории моей семьи. Мне это очень важно. Поэтому я Вам и позвонил, а Ваш телефон я узнал из адресной базы.

- Хм, - протянула женщина, - А почему я должна Вам верить? Сейчас полно аферистов всяких. Так что...

- А как фамилия Ваша? - вдруг спросила она.

- Демичев, - ответил Глеб.

- Демичев, - в какой-то задумчивости повторила женщина, как будто что-то вспоминая,- А какие сведения Вас интересуют?

- Меня интересует Людмила Солганская, - Глеб кашлянул, - Это ведь сестра Вашей бабушки?

- Да, это её старшая сестра, - ответила женщина, - Но неужели Вас такие далёкие сведения интересуют, молодой человек? Людмила умерла ещё в двадцатых годах.

- Как раз обо всём этом я и хотел бы узнать, - твёрдо сказал Глеб.

- Ну, хорошо, - вдруг совершенно неожиданно для него согласилась женщина, - Меня зовут Надежда Викторовна.

Что ж, Глеб, я думаю, по телефону говорить обо всём не очень удобно. Давайте встретимся, приезжайте. Ловлю Вас на слове, что вы не аферист и не тёмная личность.

Я думаю, так и есть. У меня есть способность немного чувствовать людей, - уже более добрым голосом сказала Надежда Викторовна.

- Спасибо Вам огромное, - поблагодарил Глеб, - А куда можно приехать? И в какое время?

- Ну, адрес Вы, наверное, тоже знаете из адресной базы, нет?

Глеб ответил утвердительно.

- А как доехать до Гатчины, знаете?

- Да, - ответил Глеб, - Я там бывал уже несколько раз.

- Что ж, хорошо, - ответила Надежда Викторовна, - Приезжайте тогда завтра к пяти часам.

***

Лу-Лу вернулась в Вельск только в октябре 1920-го года. И сразу же возникла проблема с жильём. Демичев укорял себя, что не выяснил всего этого раньше. Квартира матери Солганского, где Лу-Лу жила до отъезда в Тюмень была экспроприирована ещё во время ареста Солганского. Теперь в ней жил какой-то большевистский чиновник. Обо всём этом Демичев узнал от Лу-Лу, которая пришла к нему в день своего приезда, вечером.

Сначала Михаил даже её не узнал, она была очень бледной, под глазами были тёмные круги. Лу-Лу как-то потерянно держала в руках дорожный чемодан, и посмотрев ей в лицо, Демичев сразу понял, что ей всё уже известно.

- Миша, здравствуйте, - тихо проговорила она, - Простите, что я к Вам. Просто мне сейчас больше некуда.

- Да что Вы, Люсенька, - Демичев помог ей снять пальто и взяв в руки ее чемодан, поставил в прихожей, - Я так рад Вас видеть.

- И они мне всё сказали. Всё... - вдруг резко выдохнула Лу-Лу и вдруг стала как-то оседать на пол.

Демичев подбежал и подхватил её за плечи.

- Его арестовали, Миша. Ещё в феврале арестовали. И расстреляли... в Петрограде. Какой-то заговор там был раскрыт.

Лу-Лу с усилием выговорила последние слова. И вдруг, не в силах больше сдерживаться, заплакала, уткнувшись лицом ему в плечо. Михаил обнял её плечи, сотрясавшиеся от рыданий. И увидев это горе, горе любимой женщины, он вдруг всё понял. И осознание всего этого какой-то холодной змейкой вползло к нему в сердце, развернулось там и больно ужалило. Но только на какой-то миг. А потом его рациональность снова взяла верх над эмоциями.

"Всё равно ничего уже не изменишь", - подумал Демичев, - "Ничего".

-  Люсенька, - он сильнее обнял её.


Но Лу-Лу вдруг как-то отстранилась от Демичева и посмотрела ему в глаза.

- Неужели Вы ничего не знали об этом, Миша? – всхлипывая, спросила она, - Я же Вам писала, спрашивала. У меня так душа болела за Яна, как будто чувствовала всё это.

- Нет, Люся, - Демичев отвернулся от неё, - Я ничего не знал. Неужели я не написал бы Вам про Яна, если бы знал что с ним.

Лу-Лу смолкла, как-то обречённо глядя перед собой в пространство.

- Он и мне задал несколько вопросов, - тихо сказала она.

- Кто он?

- Этот человек... на нашей квартире, который теперь там живёт.

- Что он спрашивал?

- Когда узнал мою фамилию и что я его жена, начал спрашивать, откуда я приехала. Ещё сказал, чтобы пока никуда не уезжала из города. Меня они тоже хотят потом вызвать.

Лу-Лу закрыла лицо руками.

- Люся, поживите пока у меня, - сказал Демичев, - У меня неплохая должность, и я у них на хорошем счету. Надеюсь. Здесь Вам будет гораздо надёжнее.

- Не хочется стеснять Вас, Миша - проговорила Лу-Лу, - Я уже сама не знаю, зачем я сюда приехала.

И Ян... Боже мой, я не могу поверить, что его больше… нет.

Она опять заплакала, горько и безнадёжно. Демичев обнял её, стараясь утешить. Холодная змейка в сердце свернулась и больше не жалила. И теперь он был даже рад, что Лу-Лу останется здесь, в его квартире. Идти сейчас ей действительно было некуда.

***

Прошёл месяц. Лу-Лу поселилась пока в доме Демичева, Для неё нашлась даже отдельная комната. Демичев был один из немногих, кого не уплотнили. Возможно благодаря его работе в комиссии по конфискатам.

Михаил всё никак не мог наглядеться на Лу-Лу.

Ему до сих пор не верилось, что она здесь, так близко, рядом с ним.

Правда Лу-Лу была уже другой, не той весёлой и смешливой рыжеволосой девушкой, а как будто её тенью. При Демичеве она старалась не плакать, но он замечал, как часто она украдкой вытирает слёзы.

"Всё своего Солганского оплакивает", - с раздражением думал он. А змейка, заползшая в его сердце в тот день, когда он впервые увидел рыдающую Лу-Лу, больше не давала о себе знать, успокоилась, задремала и не жалила. И он сам старался успокоиться и говорил себе, что всё произошло и больше ничего уже не изменишь. И даже хорошо, что Лу-Лу узнала обо всём этом сама.

Несколько раз, как раньше, приходила Зиночка. Но Михаил дал ей понять, что между ними всё закончено.

- И что же, Миша, я Вам больше не нужна? - развязно спросила Зина, стоя в тот декабрьский вечер в прихожей и пока ещё не собираясь уходить. Она даже распахнула шубку и сняла шапочку.

- Миша, кто там? - спросила из гостиной Лу-Лу.

Демичев сунул Зине в руки ее шапочку и сумку и подтолкнул к открытой двери.

- А, всё понятно, - засмеялась Зиночка ему в лицо, - другое утешение уже себе нашли. Трус Вы, Миша.


- Что ж, удачи Вам, Мишенька!

И благодарите Бога, что я не злопамятна! - крикнула ему Зиночка уже с лестницы.

Михаил быстро закрыл за ней дверь и вернулся к Лу-Лу.

- Кто это был? - спросила она.

- Да так... соседка пьяная рубль в долг просила, - солгал Михаил, - Она ко всем заходит.

- Понятно, - как-то медленно проговорила Лу-Лу.

Она сидела в гостиной у окна и смотрела на падающий на улице снег, - Какая снежная зима в этом году.

- Да, очень, - ответил Михаил и подошёл к ней.

Лу-Лу подняла на него глаза. Она была очень бледной. По щеке катилась слезинка.

- Милая Люсенька, - Демичев присел с ней рядом, - Так больно видеть Вас такой.

- Какой, Миша?

- Вы плачете всё время.

- А что же мне, радоваться? Радоваться мне, Миша, да? - как-то зло спросила Лу-Лу, - Я жить-то теперь не хочу, а Вы…  

-  Нельзя так говорить, Люся.

- А что мне ещё говорить?

Лу-Лу встала и отошла к столу.

- Как холодно здесь, Миша. У Вас есть что-нибудь выпить?

Демичев налил ей рюмку коньяка. Лу-Лу выпила и опять села в кресло у окна.

В комнате повисло молчание.

Лу-Лу всё также безучастно смотрела в окно на падающий снег. И вдруг плечи её дрогнули, она закрыла руками лицо и заплакала навзрыд.

Демичев стоял, не зная, что делать. Он всё-таки подошёл к ней и дотронулся до её плеча.

- Ну, Люся..., - начал он.

С языка уже готова была сорваться очередная банальность, в которую он сам до конца не верил. Но вместо слов он вдруг, сам себе удивляясь, нагнулся к Лу-Лу и, обняв ее за плечи, поцеловал в губы.

Зная характер Лу-Лу,  он ожидал гнева, возмущения, может быть даже пощёчины. Но к своему удивлению вместо этого он почувствовал, что она отвечает ему на поцелуй. Лу-Лу обняла его за шею, и Демичев, сам не веря в это, пока ещё осторожно дотронулся до её груди, вздымающейся под шелковой блузкой. Но Лу-Лу сама уже быстро расстегивала его рубашку.

Они продолжили целоваться на стоящем в углу гостиной маленьком диванчике. И в какой-то момент Михаил вдруг вспомнил, что здесь, на этом диванчике провел в его доме свою последнюю свободную ночь Ян Солганский.

"К чёрту", - вспыхнуло в сознании Демичева, - "Забыть это. Раз и навсегда".

И он продолжил обнимать Лу-Лу.

***

- Миша, мы не должны были этого делать, - проговорила Лу-Лу, застегивая блузку. Она смотрела мимо Демичева, куда-то в сторону, - Я сама не знаю, что на меня нашло. Просто у меня так долго никого не было,  и…

- Простите, Люся, - сказал Михаил, отходя к окну, - Это я виноват.

- Давайте забудем всё это, - с каким-то усилием проговорила Лу-Лу, - Как будто ничего не было, хорошо? Мне... больно и стыдно.

- Хорошо, Люся. Это Вы меня простите.

Михаил посмотрел на нее. Лу-Лу всё также избегала его взгляда. Встав, она поправила смятую на груди блузку и быстро вышла из комнаты.

После этого происшествия Демичев заметил, что Лу-Лу стала как будто избегать его. Он понимал ее состояние. Но сам никак не мог забыть ее поцелуи, нежные руки, ее тело, тело его любимой женщины... и разбросанные по подушке красивые пряди ее темно-рыжих волос.

Закончился декабрь, а вместе с ним и старый 1920-ый год. А в конце января Лу-Лу вдруг быстро, без предупреждения вошла в комнату к Демичеву.

- Что-то случилось, Люся? - удивился Михаил. Он заметил, что она была очень бледной.

- Да, Миша, - как-то нервно сказала Лу-Лу, - Я хочу поговорить с Вами.

Он посмотрел в ее потемневшие глаза.

- Что, Люсенька?

- Я решила, что Вы должны это знать, - вдруг быстро сказала она, опустив голову, - Видно Бог меня так наказывает за всё... Хотя, грешно говорить так, наверное. Но я не знаю, как это всё ещё назвать.

Она нервно сжала руки, отошла к окну и, обернувшись, посмотрела на Демичева.

- Миша, у нас будет ребёнок.


<<<Другие произведения автора
(8)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018