Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 262
529/259
 
 

   
 
 
 
Татьяна Романова

Стихи

***

Какое мягкое утро – по коже прохладным шелком.
Какое пушистое солнце - брюшко у рыжего зверя.
Я глажу его, и светлеет души приоткрытая щелка,
И свет сквозь нее проникает, и счастьем откуда-то веет…

Простым и смешным, как букашка, ползущая по ладошке,
Но влезет на кончик пальца, и, крылышки распрямив,
В любую минуту сможет оно упорхнуть в окошко…
Пускай к тебе улетает, ладошку подставь – прими!

Пусть рыжий зверек лучистый зароется в серую тучу,
И станет холодным небо, и жестко захлещет дождь.
Когда одиночеством мутным меня этот дождь измучит,
С букетом намокших ромашек ты счастье мое вернешь.

***

Новый день осторожно трону…
За окошком пылинки света…
Величавости сняв корону,
Утро нежность роняет с веток.

Первый луч облака оплавит,
Выльет ласковый трепет неги…
Город в утренней спит оправе
Декабря и цветного снега.

Ветер чуть приоткрыл ресницы,
Осыпая пушисто иней.
То ли чудится, то ли снится…
То ли шепчется чьё-то имя…

Так по-детски легко, невинно
Перестанет томить разлука…
Будто не было ночи длинной,
Без огня, без тепла, без звука…

В каждой клеточке тает льдинка
Как снежок на губах рассвета
Так бывали порой едины
Чьи-то души… когда-то… где-то…

***

Довольно простоты на мудреца…
Ты это знал и плакался в жилетку,
И упрекал, что нет зимою лета,
Но кроток был, как белая овца.

Ты так был добр, униженно моля,
Прикрыв клыки холодного оскала,
Что и сама я глупо подпускала
Тебя на мягких лапах. Этот взгляд

И мне слезою искренней блестел,
И я была готова верить в чудо,
Что тигр ягнёнком стал и что у блуда
Тобой открыт возвышенный предел.

И я была готова сострадать,
Терпеть обиды, грязные наветы,
Беречь самолюбивые секреты
И за тебя удары принимать…

Ты победил, картонный мой злодей,
Моим молчаньем выстроив защиту -
Всё, что мне было дорого, разбито...
Но, не люблю тебя я, хоть убей!

***

Ищешь ты непонятое слово,
Чтоб всю жизнь разгадывать его.
Пусть оно бесплодно и бредово,
Даже пусть не значит ничего.

И лицо с порочными глазами,
Горькими, познавшими свой путь,
Помнишь ты… Ах, это наказанье -
В их холодном омуте тонуть…

Копишь все ненужные печали,
Бродишь неприкаянно в толпе,
Горбишься устало - за плечами
Тяжесть крыльев чудится тебе…

Хочешь ты того, что в этом мире
Не создал, не выдумал Господь.
Кот лениво бродит по квартире,
Словно дух, покинув чью-то плоть…

***

И взгляд глубок, и мысль летит высоко,
И падает на лист, как быстрый сокол!
И вот уже в когтях уносит змея -
Пускай ползущий полетать сумеет.

Так цепкость мысли ощущаем кожей…
Надеюсь, на пустом листе прочли Вы,
Что взгляд Адама – чем красноречивей,
Тем Ева плод червивее предложит...

В весеннем парке

Мы крутые набирали виражи,
И мелькали над качелями стрижи,
Выше – только пузырились облака,
Словно сахарная вата.
Как же сладко сердце падало, пока
Перевёрнутыми были мы слегка…
Растрепался завиточек у виска –
Больше счастья и не надо…

Словно мячики бросали мы слова,
Их значенья понимая лишь едва…
Солнце искры высекало каблучком
В блюдце спящего фонтана.
И, как будто, абсолютно не знаком,
Нам казался необычным чудаком
Парк, белевший нахлобученным венком
Из акаций и каштанов…

Закружились тучи шалые на бис
Под бродячий, загулявший, вольный бриз.
Дождик, точками взрывавшийся в пыли,
По дорожкам мокрым шастал.
И бежали, не касались мы земли,
И намокший лепесток к щеке прилип…
И никак мы отдышаться не могли,
А, быть может - надышаться…

Помнишь, выпала заколка из волос
Но найти её тебе не удалось,
А нашлись так неожиданно легко
Губы с запахом акаций…
Неумело так дрожали мотыльком,
Мы на время позабыли обо всём -
Под весенним, тёплым, ласковым дождём
Нам хотелось затеряться...

***

Чуть светлеет… Листьев мерный шум
Тени не тревожит утром ранним.
Лишь - невыносимое дыханье
Лёгкости… И я легко пишу…
Вот на подоконник воробей
Сел, и хитрый глаз смешно прищурив,
Спрашивает будто, а прощу ли,
Что мешает думать о тебе.
Снова спотыкаясь о строку,
Я гляжу на плакальщицу - иву,
Как она с оглядкою, пугливо,
Бросится на шею ветерку.
Кажется, сегодня будет лить
Дождик из дырявого корыта.
А моё окно всегда открыто –
Вдруг окликнут в небе журавли…
Осень - паутинная пора.
Всё к полёту дальнему готово.
Только я замешкалась… Так ново -
Эта лёгкость странная с утра…
Вот настырный дождик припустил –
Всё ему доказывать охота,
Будто у меня одна забота –
Вымокнув, до неба дорасти.
Просто жду, пока просохнет лес,
С веток опадут на землю капли.
Если журавлино окликали -
Можно и на крыльях – до небес!
Я не знаю, долго ли лететь.
И кому теперь какое дело?
Белый лист. А что сказать хотела,
Унесла сорока на хвосте…

***

"О,знал бы я, что так бывает..."
(Б.Пастернак)

О, если б знали! А ведь знали,
Строку наполнив пульсом вен,
Что всех пророческих скрижалей
Сильней постскриптум в голове.

Нам проще, всё-таки, хотелось,
Поскольку - истины просты.
Ленивых мыслей мягкотелость
Сменяли дряблые мечты.

Перо макая увлечённо
В чернильное пятно души,
Нас набело писали чёрным,
Цветной иллюзии лишив…

А, вспоминая крови вкус тот,
В себе жалели мы раба…
Но, где кончается искусство,
Молчит до времени судьба...

Почти по Маяковскому…

Хохочет солнце! По лучу бегут смешинки.
В тени – плюс сорок… У прохожих злые лица -
Нацепят маску недовольства по ошибке,
Как будто кто-то им мешал развеселиться!

Для счастья нужно ли искать серьёзный повод?
Глоток холодной минералки или пива...
Опять к природе уваженья никакого.
А так вести себя – ну просто, некрасиво.

Скажу я солнышку: «Спасибо! Ты в ударе».
А я готова угостить тебя вареньем –
Я помню, помню, что к нему - стихотворенье.
И чаю? Да, само собой - уже заварен…

Горячий? Ну, а ты подуй, и он остынет.
А… Нужен ветер… Ну, тогда нас будет трое.
Как я? Нормально. Словно ящерка в пустыне…
Совсем не жарко – удовольствие такое…

Когда ещё ко мне приятный собеседник
Заглянет запросто на чай без приглашенья…
Вот чуть «пожарную» ни вызвали соседи,
Да участковый получил слегка по шее.

Но это мелочи, а, в общем, всё прекрасно –
Надолго хватит информации для сплетен,
Как заходило тут огромное – всё в красном…
…И не такое кто-то видел в зное летнем…

***

Утром в сквере кормлю голубей.
Солнце сладкое нежно сочится
Со стволов, из листвы, из ветвей
На воскресные, светлые лица.

Ветер тучу метёт, как золу,
А она в синеве так нелепа...
От причастья к простому теплу
Я сегодня немножко ослепла…

Прошлых дней испечённый комок
Осень солнечно пересолила…
Ты меня ненавидел, как мог,
Я тебя, как могла, не любила…

На дорожках воркует у ног
Сизокрылое племя под клёном…
Голубиное счастье дано
Им – по зёрнышку, нам - по талонам

На трамвай с остановкой одной.
Но куда он идёт - не известно.
И водитель пока выходной,
И трамвай не сдвигается с места…

Мы упрямы с тобой, хоть убей!
Что ж, терпи, если любишь такую…
А пока я кормлю голубей -
Пусть они вместе с сердцем воркуют.

Полнолуние

Никому больше не обязательна,
Не особенна, не притязательна,
Засижусь неожиданно затемно –
Только мыслей моих домино…
Колдовское ли преображение,
Без дыхания и без движения
Кто-то смотрит, но это уже не я,
В затемнённое тайной окно…

Что-то дивное светлыми муками,
Утончёнными лунными звуками,
Голосами небесными, гулкими -
Проникает, искрится, плывёт…
Закружило хмельно, очарованно,
Из неведомых, дальних миров оно,
Из того, что мне было даровано,
Да утеряно снова - зовёт…

Будто дикими скрытое плавнями,
Из глубин поднимается плавно и,
Божеству ли небесному равное,
Изменяет всему алгоритм.
Растекается патокой вязкою,
Неземною, неведомой сказкою,
Распускается нежно и ласково
До разбавленной ветром зари…

Что завещано, снова отыщется,
Что обещано, больше не взыщется,
И наградою будет - владычицей
Возвращение в милый Эдем…
Предрассветными каплями, дозами -
Опьянение бродит межзвёздное
Очищением - рано ли поздно ли,
Как живою водой. А затем

Просветлеет душа и останется
Очарованной, лёгкою страницей,
Безымянною, тихой изгнанницей,
Затерявшейся в городе «N»…

***

Пустое нудное нытьё
Дробят шаги ритмичным звуком.
Бреду, утаптывая скуку.
А, дождь, наверное, поёт…

Листвой обиженно шуршит…
И что-то шепчет в водостоки,
Цепляет нотой одинокой
Аккорд больной ещё души.

Коря бездушие зонтов,
Устало сетуя на холод,
Что им листок души исколот,
Он к осознанью не готов.

Оставлю эхом за углом
Слезливых жалоб лепетанье.
Я с первым клином улетаю
Туда, где мне всегда тепло.

Рванувши с севера на юг,
Закрыв печальную страницу,
Душа вдруг верой оперится
В неприземляемость свою,

Во всё, что небо предрекло -
В непотопляемость и вечность.
…Но долго тело человечье
По лужам всё ещё брело…

***

И друзья серьёзней стали и суше,
За ветрами незаметно остыли.
Отдыхает старый ботик на суше
Да бока у старой лошади в мыле…
И враги ушли, как будто играя
В подкидного с нашим меченым прошлым...
Как же долго мы ходили по краю,
Как по кругу постаревшая лошадь...
Мы давно уже покорны привычкам -
И удобной оказалась калоша.
Нас железные везут электрички.
Вот пристроить бы ненужную лошадь…

***

Не говори, просто молчи -
брошенных слов много в ночи,
может, они что-то понять смогли бы…
Я не зову и не звоню,
странно шепчу каждому дню,
тихо шепчу каждому дню : «Спасибо…»

Буду ли ждать на берегу
и замирать, слушая гул,
или волной в море уйду красиво…
…К морю следов нет на песке,
пряди седой нет на виске,
только шепчу в нежной тоске: « Спасибо…»

Сам не поймёшь, чем одарил -
ты ничего не говорил,
да ни о чём я, ведь, и не просила…
«Нет же чудес!» - скажут мне зло.
Я усмехнусь – вам не везло…
Знаю – любил… не было слов… Спасибо…

***

Ну как бы без тебя сумела я
понять, что у ресниц бывает утро,
что дождик нужен был в четверг кому-то,
что я – трусиха, только смелая?...

Ну, где бы я нашла такой апрель,
в котором так бесценен одуванчик,
что ярко – жёлтой кисточкой маячит,
усталый взгляд пытаясь отогреть?...

Ну, кто бы мне сказал, зачем скользят,
кораблики бумажные по лужам,
и сердце почему так бьётся глуше,
когда дышать без музыки нельзя?...

Ну, что бы я запомнила ещё
до той конечной, где прощанье – тайна,
когда бы не явился ты случайно,
на миг установив обратный счёт?...

И чем же мне тебя благодарить
за этот мир, в котором нет вопросов,
где даже сон по утру нежно розов,
как радость, затаённая внутри?...

***

Жизнь стояла побирушкою
Под окном моим не прошено.
Не за это ли кукушкою
Сердце мне твоё подброшено?

Ощущала кожей дрожь его -
Не хочу казнить да миловать…
Пусть всё будет по-хорошему.
Собиралась только с силами…

Берегу теперь подкидыша,
Пьёт по капельке он кровушку…
Оторву возьму да выброшу
Твою буйную головушку…

Что моя походка гордая,
Да улыбка вкуса горечи?
Ну, зачем тебе в угоду я
Небо вычернила до ночи?

Отогрелся, смотришь вороном –
Злою меряешься силою.
Я ведь тоже, милый, с норовом –
Подпишу: казнить, не миловать…

Ах, ума палата гулкая –
Только ветер ставней хлопает…
А толпа всё – переулками –
Поглядеть на место лобное…

***

Встречаю...
Шутишь – я не отвечаю.
Хочешь, налью тебе чаю?
Ты медлишь…
Хлебные мякиши лепишь.
Чашка разбилась – не склеишь…
Всё метит
Дождь неожиданный летний.
Шум за окошками, сплетни…
Гадаю.
Мне дама пик выпадает…
Лорки страницы листаю.
Спросила,
Где тебя долго носило…
…Какая муха меня укусила?!!!
Цеце!
Ты изменился в лице.
Слушаю нервный фальцет…
Как сон:
На пол - осколки, кольцо…
Стихло в конце-то концов…
…Печаль -
К морю уйду на причал…
Брызгами - ночь у плеча…
Жалеть
Буду… Не плакать - болеть.
Жить без тебя бы суметь…
Звонишь –
Глупо, упрямо винишь…
…Солнце срывается с крыш!
Слепит.
Чайник остывший забыт.
Думаю: быть иль не быть…
Зачем
Ворох дырявых проблем?
Листики вырванных лет
Шуршат…
Душно, как в маске, дышать.
Стрелок чечёточный шаг…
Шаги…
Поздно – беги, не беги…
Стойкий солдатик погиб
В бою.
Странно – опять пою…

Море

Запах ракушек, солёная пена прибоя,
Небо над пропастью чёрных от времени волн…
Это такое проклятье – забыть о покое,
Словно приливом разбуженный, тонущий мол…

В капли окраситься - цвета темнеющей стали,
Вымокнуть в криках отчаянных чаек и скал…
Звёзды от брызг и от ветра солёными стали,
Если в горсти – так похожи на белый коралл…

Море скрывает и счастья, и боли избыток –
Выплеск из бездны затерянных в снах кораблей…
Только у моря есть всё, что ушло и забыто,
То, что теряем в себе, проходя по земле…

Можно нырнуть и запутаться в ряске, как в змеях,
Не ощутив их опасности в ласке морской…
И говорить себе: « Всё я смогу, я сумею
Выйти на берег, как змейка, блестя чешуёй…»

Можно взлететь, как волна потемневшая, можно
Только у берега пеной ласкаться легко…
Если чешуйки колючие выстелют кожу,
Можно холодною змейкой уйти на покой…

***

Живут фантазёры – мальчишки – поэты - романтики.
Готовы на подвиги, дарят сердца и сонеты.
Заманчиво блещут, легко шелестят, словно фантики,
И даже пьянят, как с коньячной начинкой конфеты.

И тайно мечтают о вечной любви, да не верится…
И жизнь то опять солона, то до тошного – пресная.
А мельниц по миру ещё предостаточно вертится,
И ждёт Дульсинея, пока никому не известная…

И годы, и шрамы их души украсят не мало.
Налепят усмешку и даже чему-то научатся.
И будет казаться, что сердце стучать перестало…
Да Бог с ним, поскольку и весь этот мир – невезучий сам.

И прячут избранники нежную мышцу сердечную,
Наивно считая надёжными латы железные.
Но вновь подгоняют Пегаса талантом – уздечкою,
Про все опасенья свои позабыв бесполезные.

Романтики ищут свободы, мальчишки – победы,
Поэты по лестнице строчек уходят галантно,
И, вроде бы, всё безопасно - без острого бреда,
Но всех фантазёров усталые ждут Росинанты…

***

Когда нас не станет,
Никто не заметит.
Оплачут лишь дети
Да пара друзей.
Пусть это случится
Весной на рассвете
И лучше - во сне,
Еще лучше – не здесь.
Пусть это случится,
Где речка лучится,
Где жёлтый песок
От тумана промок,
Где в облаке белом
Запуталась птица,
И где не напишут
О нас пару строк.
Пусть лучше о нас
Вспоминает береза
Да камень холодный
У черной земли.
Не надо нам слез,
Не любили мы слезы.
Мы жили, как ветер,
И с ветром ушли…

***

Этой весной я запуталась в счастье.
Может, на вечность, а может, на часик.
Как к паутине приклеилась липкой…
Кто-то в углу – там глаза и улыбка -
Тихо сидит, выжидает немножко.
Сладко быть пойманной маленькой мошкой.
Вовсе не страшно, немножечко странно –
Капля за каплей из маленькой раны…

***

- Летаешь?
- Летаю.
- А смысла в том нету…
- Да мне и не нужно, ведь я не ракета.
Мне нравится небо взбивать, как подушку.
- А молнии?
- Что?
- Это вам не игрушки…
- Да я не боюсь – познакомилась близко.
- Ох, что-то ты смело…
- А я фаталистка!
- Кто-кто?
- Фаталистка – заранее знаю:
Хочу, не хочу – всё равно – улетаю!

Ассоциативное

« - Будь здорова, Сова!
- Прости, Пух, но я не чихнула!
- Ты чихнула, Сова, и я сказал – будь здорова!
- Как это можно чихнуть и не знать, что ты чихнула?!
- Извини. Мы отвлеклись.
- Ну, вот я и говорю: я нашла этот шнурок на кусте чертополоха.
- Будь здорова, Сова!»

Не надоест же вот, ей Богу,
Добадывать, как Пух Сову…
Да я не строю недотрогу
И уж, тем боле, не зову.
Сижу и ножкою болтаю
И новый сочиняю стих,
Ещё немножечко летаю,
Но без попутчиков. Прости…
Ты со своим вестибулярным
Купил пропеллер бы давно,
А то по случаю пиара
Всё норовишь – через окно…
А я воспитанная дама –
Ко мне заходят только в дверь.
Ну вот, разволновалась прямо!
На лучше - тапочки примерь…

***

Восхождение, бред,
озарение, мука…
Копошится поэт,
как весенняя муха.
Сколько ила, трухи,
чтобы ниткою – жемчуг.
Это только стихи –
и не больше, не меньше…
Как простудная дрожь,
пробегает по коже -
подлечись, подытожь
и живи, если сможешь…
И пиши и страдай
Среди мелкого сора -
у поэта страда,
как везенье у вора.
Пара строчек лихих…
Есть ли правда, скажи, в них?
Это только стихи
и немножечко – жизни…
Правда - меньше блохи.
Вы поэту не верьте -
Это только стихи
и немножечко – смерти…

***

Показался весь мир нам, точно футляр, пустым…
Мы теряем минуты на высоте щемящей…
Упакуешь ты вещи, глупости и мечты,
И меня упакуешь в мир этот, словно в ящик…

В неподвижность… Руками голову обхватив,
Мне теперь ни к чему, ни слышать тебя, ни видеть.
Плачет музыка Верди… Это смешно, почти -
Вдруг себя узнавать в идущей на смерть Аиде…

Замурованной в жизнь останется - только жить,
Где четыре стены холодной, как лёд, печали…
Телефон твой забытый чёрным пятном лежит –
По ошибке ты сердце сунул в карман случайно...

Я не чувствую боли – сердца нет - нет проблем.
Мысль вонзает клыки, и стылой отведав крови,
Равнодушно уснёт. И станет легко совсем
Оттого, что печаль пустой этот мир откроет

И замрёт на пороге, а после уйдёт в метель,
Чтоб бродить до утра под окнами тихим зверем,
Что забытым следам ещё остаётся верен…
Я не чувствую боли… Ведь этого ты хотел?

***

Беспробудно по - зимнему бесимся.
Это тоже, конечно, не новости…
В ледяных облаках полумесяцем
Ночь прикусит закат до вишнёвости.

Ты сидишь где-то злой и насупленный
И ругаешь себя непутёвого,
Очень жаль, что с тобою, по сути, мы
Ничего не придумали нового…

Остаётся дождаться весеннего
Половодья с дождём и туманами.
Ты однажды вернёшься рассеянный
С не зализанно – свежими ранами…

Я, конечно, притворщица та ещё!
Ты готовь пока слов околесицу,
А за нас, присмиревших, оттаявших,
Половодье речное отбесится…

А пока - холода, сине - чёрная
Ночь в царапинах звёздных когтей,
И чужая планета никчёмная
Всё мигает в пустой высоте…

Случайный вальс

Где-то
пусть случайно, на полчаса –
Светом
день усталый наполнится.
Странствуй -
мир любовью не обнищал.
Здравствуй!
Даже если скажу: «Прощай»…
Слушай –
эту музыку создал ты.
Трушу
от восторга и высоты.
Вальсом
время свой отбивает такт.
Майся -
я пытаюсь шаги считать.
Сможешь -
дирижируй лучом зари.
Сложно
жить легко, как на – раз, два, три…
В звуках
тоны сердца не различить -
Мукой
вся мелодия чуть горчит.
Знаешь,
забываю про тяжесть лет.
Таю –
ведь меня в твоём мире нет…
Вдосталь
накружилась судьба не раз.
Просто
Мы с тобою танцуем вальс…

***

Грязный плед декабря – цвет усталости серой,
Цвет продрогшей толпы и промозглого дня.
Как раскисший сугроб провалилась душа и осела,
Лишь сухие глаза от провала спасают меня.

Хлынет месиво лиц, сдавит обручем город –
Не вздохнуть, не сбежать из базарной глуши.
И приценится жизнь без прикрас, и бесстыже, и голо,
И предложит по сходной, до рвоты себя надушив.

И тогда лишь одно – прочь от липкого взгляда,
Без оглядки, рывком – как бы ласково жизнь ни звала.
Лучше уж ничего – ни по сходной, ни даром не надо.
Даром – милости нищим и крошки с чужого стола…

***

Вот из дождя бы пошить сарафан,
Радугу на плечи шарфиком бросить,
Небу на ушко: шерше, мол, ля фам,
И закатиться в бездонную просинь…

Вот бы за осенью на помеле
Рыжею ведьмою да – в догонялки!
Что значит - возраст? А сколько мне лет?
Ну, ни чего себе… Жалко…

***

Нам, конечно, больно, но мы молчим…
Сердце зацепило осколком нежным.
Время - хилый лекарь взялось лечить,
Что неизлечимо и безнадежно…

Что же испугало нас так, скажи?
Может быть, прогулка по краю крыши…
Нам должно быть больно, избравшим жизнь,
Ту, где мы друг друга с тобой не слышим…

Путают капели то «ре», то «си» -
Лопаются почки так громко – громко…
Слышу. Да, ждала… Отпусти такси.
Лестничный проём отворил воронку…

Нам, конечно, страшно, но мы рискнём -
Краешком жестяной дрожащей нити…
Главное, что вместе, что мы вдвоём.
Где вы, облака? Мы идём - держите!

***

Зима шалела от мороза –
Метелью белой, как сачком,
Ловила всех, кто был влеком
В её владенья жизни прозой.

А я порхала наугад,
Без цели, только по наитью,
По кромке прошлого событья,
Макая крылышки в снега.

Искрилась дрожью серебра,
Забывшая земную тяжесть,
И был лишь вдохновенно важен
Полёт из светлого вчера…

В плену, который посильнее,
Напрасны вьюжные силки –
Я таю, бьюсь и леденею…
И сети тягостно легки…

Читая Гоголя

Запахнет палёною серой и затхлым болотом,
И лунная бледность коснётся неоновых ламп,
И что-то таинственно вздрагивать за переплётом
Затеет и вдруг разлетится по тёмным углам…

Слова расползаются, как придорожные черви,
Из слякотной, в ночь листопада, слезливой души.
Крапленые карты со смехом рассыпали черти.
Открой же мне веки и свечи вокруг потуши…

Ах, этот неистовый гений, загадочный Гоголь…
Мистической дымкой тумана сиреневых снов
Вздуваются строчки, и тени бредут по дорогам -
Душа не вмещает, и в ночь открывает окно…

Листает страницы корявыми пальцами время,
Заухает филином в темени сумрачный миф.
Я знаю, всё это исчезнет, и утро согреет
Мой маленький мир, заселяя живыми людьми…

И крикнет петух, и рассыплется, как наважденье,
Пугающих образов дикий ночной хоровод.
Но, может быть, станут совсем безобидными тени,
В сравнение с тем, что увижу, когда рассветёт…

***

«Я помню чудное мгновенье...» -
Писал о ней влюблённый гений.
Но, это было до того,
Как «приняла» она его…
Осталось от любви безмерной:
«У Анны Керны ножки скверны!»

…Всё гениальное - нетленно!
Но, лишь один смутил момент:
Что у поэта на уме –
На языке у всей вселенной…


<<<Другие произведения автора
(6)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018