Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 193
529/257
 
 

   
 
 
 
Исайчев Игорь

Ведьма

Середина недели, ничем не примечательный летний вечер. Пора белых ночей. В начале одиннадцатого еще светло как днем. Прохожих, несмотря на хорошую погоду, совсем немного. Основная часть населения окраинного района мегаполиса уткнулась в мерцающие экраны, впитывая очередное сериальное мыло. Только молодежь, оккупировавшая скамейки, тянет пиво, буйно жестикулирует, и вызывающе хохочет.
Ивана, шагавшего в сторону дома, раздражало все. И в первую очередь, пешая прогулка после часа толкания в общественном транспорте. Ему, привыкшему к комфорту личного автомобиля, подобный способ перемещения в пространстве всегда портил настроение. Но, машину пришлось бросить на территории собственного автосервиса. Компаньон уломал-таки выпить пару рюмок по поводу своего дня рождения, а за руль в нетрезвом виде Иван принципиально не садился.
Теперь он ругал себя последними словами за минутную слабость. Партнер, никогда не испытывавший пиетета к правилам дорожного движения, да и вообще к любым правилам, приняв на грудь грамм двести, укатил продолжать банкет в ночной клуб. Иван категорически отказался составить ему компанию. Он уставал от отдыха в подобных заведениях больше, чем от напряженной работы.
Немного не доходя до ведущей во двор арки, Иван споткнулся на ровном месте… о воздух. По-другому случившееся объяснить было невозможно. Правая нога словно попала в невидимую веревочную петлю. Тело полетело на инстинктивно выставленные руки. Продукты, купленные по пути в универсаме, разлетелись по тротуару. Упал неудачно - правое колено со всего маху пропахало по асфальту.
Приходя в себя от падения, он сидел в нелепой позе прямо посреди тротуара. Боль еще не успела вцепиться в тело, только порванная штанина на пострадавшей ноге быстро пропитывалась теплой влагой. А в голову лезла всякая, настоянная на острой досаде, чушь – до парадного-то оставались жалкие пятьдесят метров.
Девчонка материализовалась из-за спины, когда он решился на попытку встать. Обошла справа, слегка коснувшись пальцем плеча. Остановилась вплотную, так, что Иван почти уткнулся носом в голые коленки. Протянула руку:
- Давай помогу. Хватайся.
Он задрал подбородок, смерил взглядом безупречной формы бедра, едва прикрытые подолом легкого платья. В более подходящей ситуации такие ноги заставили бы Ивана пойти за их обладательницей на край света. Но не сегодня, когда он ненавидел весь белый свет.
- Это же я виновата. Прости, - не отставала девчонка.
- Да ты здесь причем? - прохрипел Иван, - Отвали. Без тебя тошно.
Он перевалился в сторону здоровой ноги. Девчонка легким, каким-то танцевальным движением отшагнула назад. Иван злобно усмехнулся, попытался встать и тут же позорно обрушился на задницу, подрезанный приступом непереносимой, заставляющей меркнуть сознание боли.
Она все же добилась своего: подставив хрупкое плечо, помогла добраться до дома. Судорожно обняв спасительницу, подпрыгивающий на одной ноге Иван не думал ни о соблазнительных формах девушки, ни о нежности прильнувшего к нему тела – все эмоции сожрала адская, непереносимая боль в колене.   
Ввалившись в квартиру, Иван первым делом доковылял до бара, выудил давным-давно прикупленную по случаю бутылку дорогущей водки. Нетерпеливо встряхивая, нацедил через пластиковый наконечник полный стакан и одним длинным глотком втянул обжигающую жидкость.
Пока он занимался экстренной анестезией, девчонка с любопытством рассматривала гостиную двухкомнатной квартиры улучшенной планировки. Это жилище Иван, закоренелый тридцатипятилетний холостяк, успел приобрести незадолго до безумного скачка цен на недвижимость, чем в глубине души безумно гордился. Женщины здесь бывали редко – с подружками хозяин предпочитал встречаться на стороне. Тем не менее, холостяцкая берлога была меблирована с отменным вкусом и блистала идеальной чистотой.
Дождавшись, когда алкоголь ударит в голову, и тиски боли слегка ослабнут, Иван, прищурившись на гостью, поинтересовался:  
- Тебя как зовут? 
Она хихикнула:                                            
- Меня не зовут. Я сама прихожу.
Ответ Ивану пришелся не по вкусу, и он подпустил металла в голос:
- Смешно… А все же, как твое имя?
- Имя? – теперь девчонка не улыбалась, а с серьезным, даже несколько озабоченным выражением, прижала палец ко лбу. - Имя, - повторила она, и вдруг оживилась, расцвела улыбкой: - Меня зовут Гелла… Да, Гелла… Красивое имя, правда?
- А главное редкое, - машинально съязвил Иван, прикидывая, стоит ли продолжать общение.
Происходящее нравилось ему все меньше. Внутри шевельнулся ледяной червячок. Да и имя новой знакомой царапнуло неприятной ассоциацией. Но водка и болезненная травма сделали свое дело. Мысль ускользнула, не зацепившись в сознании. Однако с одним желанием он определился – как можно скорее остаться одному.
Да, девчонка, несомненно, симпатичная. Даже очень. Познакомься они не так экзотично, Иван, пожалуй, сделал бы исключение из правил, пригласив ее остаться на ночь. Но он прекрасно осознавал, что минимум пару суток не сможет исполнять роль любовника. А просто так принимать незваных гостей, тем более в таком состоянии, у него не было никакого желания. К тому же очень хотелось упасть в кровать и забыться.
Иван открыл было рот, чтобы поблагодарить Геллу за помощь и отправить восвояси когда она вдруг затараторила:
- Ты меня простишь? Я честное слово хотела пошутить. Просто не рассчитала. Я все исправлю. Вот увидишь, все исправлю.  
От неожиданности Иван, как выброшенная на берег рыба, несколько раз хватанул ртом воздух, потом возмутился:
- Ты опять?.. Ты-то здесь причем?.. Я просто споткнулся, упал и разбил колено. Ты помогла мне дойти до дома. И все… Все… Спасибо… Теперь я хочу остаться один. Давай я дам тебе немного денег, вызову такси, и ты уже пойдешь, а? -  он неловко полез в задний карман джинсов за бумажником.   
Когда Иван наконец выковырнул четыре полтинника и поднял взгляд на гостью, его пальцы непроизвольно разжались и бумажки спланировали на пол. За те секунды, пока он доставал деньги, Гелла успела скинуть туфли и платье, оставшись полностью обнаженной.
Отвалив нижнюю челюсть, он безмолвно разглядывал юное тело, мгновенно забыв про грызущую колено боль, ощущая, как жаркими толчками к паху приливает кровь. Девушка, тем временем, встряхнула головой, раскидывая волну волос по плечам. Огладила груди ладонями, наслаждаясь произведенным эффектом. Потом, даже не шагнула - перетекла к Ивану, неожиданно крепко ухватила за руки и повела в спальню…
Он срывался в пропасть, падал, умирал, разлетался на молекулы, снова воскресал, взлетал, получая неземное наслаждение. Еще никогда Иван не испытывал подобное с женщиной. Время остановилось. Казалось, прошло всего несколько минут с момента, как их тела соприкоснулись. И когда Гелла неожиданно жестко оттолкнув его, рывком соскочила с кровати, Иван обиженно спросил:
- Ты куда?  
Она насмешливо ответила, крутясь перед большим зеркалом в дверце шкафа:
- Домой, дорогой, домой. Второй час ночи. Порядочным девушкам давно пора спать
Иван перевел взгляд на циферблат напольных часов, стоящих в углу комнаты, и с удивлением убедился в ее правоте. Спросил с замиранием сердца:
- Мы еще увидимся?
Гелла подошла, присела боком на кровать, наклонилась над ним, щекотно касаясь сосками кожи на его груди и прошептала в самое ухо:
- Ты правда этого хочешь?
- Очень хочу, - так же прошептал в ответ Иван, пытаясь обнять ее.
Девушка со смешком выскользнула, и перед тем как выскочить из спальни, бросила через плечо:
- Смотри, тебя за язык никто не тянул…
Ему снился странный, не столько кошмарный, сколько неприятный в своей реалистичности сон. Вроде как сидит Иван на кухне за столом, плотно уставленным водочными и пивными бутылками. Он сильно пьян. Окружающее пространство тошнотворно плывет. На залитой скатерти, у самой кромки стола, притулился захватанный жирными пальцами граненый стакан, наполовину заполненный прозрачной, остро разящей сивухой жидкостью. Иван дрожащими пальцами, медленно, чтобы не расплескать содержимое, берет его, подносит ко рту и, борясь со спазмом в горле, выпивает мелкими глотками. Низкокачественный алкоголь чугунным ядром бьет в мозг. Он окончательно теряет координацию, сползает со стула, проваливаясь в беспросветную тьму…
Разбудил Ивана нескончаемый дребезг дверного звонка. Плохо соображая спросонья, он нехотя встал, и, завернувшись в простыню поплелся открывать. Силясь что-то разглядеть в глазок, прохрипел:
- Кого принесло?
- Мне уйти? – звонко ответил знакомый голос с другой стороны двери.
Иван, роняя простыню и путаясь в ней ногами, принялся судорожно сражаться с замками, стараясь как можно быстрее открыть, при этом бормоча под нос:
- Сейчас… сейчас… подожди… сейчас открою…
Когда, наконец, дверь распахнулась, Гелла ворвалась в прихожую, сразу наполняя ее движением и жизнью.
- Ну, ты, Ваня и спать. Ночь на дворе, а он только глаза продрал… А, ну да, я ж забыла, что сама тебе велела… Как нога?
Тут Иван сообразил, что совершенно не ощущает последствий травмы. Приподнял простыню, которую между делом успел накинуть на плечи на манер римского патриция, и с изумлением увидел на месте рваной раны на колене молодую розовую кожу.
А Гелла, не отвечая на вопросы, уже тащила его в комнату. Она была в том же коротеньком платье, что и накануне. Ивана бросало в жар от одной только мысли, что под ним ничего нет. Он попытался обнять Геллу, но она, увернувшись, устремилась на широкую лоджию. Иван, в отличие от распространенной моды, не стал ее застеклять. Он частенько и зимой выходил подышать свежим воздухом, а летом - так вообще практически не закрывал.  
Девушка скинула обувь еще в прихожей и теперь босиком выскочила на прохладную плитку, выстилающую пол лоджии. Иван просеменил за ней, поддерживая соскальзывающую простыню, и увидел, как Гелла опасно перегнулась через перила. Он замер, не осмеливаясь даже окликнуть ее, но через секунду шалая девчонка уже стояла к нему лицом.
- В самый раз, - она еще раз обернулась, посмотрела на открывающуюся с одиннадцатого этажа перспективу, - Хорошая ночь, подходящее место.
Иван ничего не понимая продолжал бестолково торчать в дверном проеме. Гелла сварливо поинтересовалась:
- Так и будешь столбом стоять?.. Скидывай тряпку.
- Зачем? Мне что, голяком по балкону разгуливать? А чем нам было плохо в спальне?
- Ты не понял, дорогой, - загадочно улыбнулась девушка, - сейчас ты познакомишься кое с чем, что гораздо круче банального секса.
- Если вчера был банальный секс, - хмыкнул Иван, ощущая, как от одних только воспоминаний у него бегут по коже мурашки, - то какой же тогда секс настоящий?
- Банальный был, Ванечка, банальный, - вдруг неожиданно низко, по-старушечьи проскрипела Гелла и, закашлявшись, сдернула с него простыню.
Потом одним движением избавилась от платья. Уже своим, высоким молодым голосом проникновенно произнесла:
- Смотри на меня и ничего не бойся, - и сделала то, чего Иван меньше всего ожидал – с обезьяньей ловкостью вскарабкалась на широкое, в два кирпича, ограждения лоджии.
Сердце Ивана оборвалось. Он непроизвольно дернулся схватить Геллу. Девушка засмеялась, и, непринужденно удерживая равновесие, уклонилась. Переступив ближе к стене, оперлась на нее ладонью.
- Ты что творишь, кретинка? – пережив мгновенный приступ паники, теперь Иван был готов ее убить. -  Сюда же сейчас весь квартал сбежится. Ментов вызовут, спасателей. Как я потом в глаза соседям посмотрю?.. Слезай немедленно, пока не громыхнулась!..
Гелла застыла, не реагируя. Ее зеленые глаза налились изнутри холодным огнем, а губы чуть слышно прошептали:
- Иди ко мне…
Его гнев испарился так же внезапно, как и возник. И, что самое странное, Ивана нестерпимо потянуло встать рядом с Геллой. Не в силах противиться, он, словно под гипнозом, неуклюже полез на ограждение. Сначала встал на колени, потом, цепляясь за девушку, поднялся на подрагивающих ногах, ощущая пропасть одиннадцати этажей. Гелла до боли сжала его пальцы, легко оттолкнулась ногами и опрокинулась вместе с Иваном в пустоту.
Он даже не успел испугаться. Только отстраненно представил, как неприглядно будут выглядеть два обнаженных тела, размозженных чудовищным ударом об асфальт. Но… вместо того, чтобы стремительно обрушиться вниз, навстречу неминуемой гибели, они  повисли, покачиваясь как в гамаке на упруго сгустившемся воздухе. Затем, так и продолжая держаться за руки, заскользили по широкой дуге.  
Гелла отпустила пальцы Ивана, повернулась на бок и расхохоталась. Он так и продолжал лететь на спине, ощущая необычайную легкость, будто тело стало невесомым.
Где-то в районе желудка, сжавшегося до немыслимых размеров, зародился пьянящий восторг. Вскипевшая адреналином кровь хмельной волной ударила в голову. Не удержав внутри избытка эмоций, он заорал во все горло что-то неразборчивое, напоминавшее боевой клич далеких предков. Рядом, смеясь, кувыркалась Гелла.
Иван тоже сделал несколько кульбитов. Спикировал вниз. Вышел из виража в опасной близости от земли, возбуждаясь от укола ледяного ужаса. Снова набрал высоту, а затем, раскинув руки, с наслаждением воспарил над городом.
Скосив глаза влево, он увидел  плавно покачивающуюся с боку на бок Геллу, так, словно бы она плыла на спине в бассейне. И тут у Ивана случилось просветление. Почему-то только сейчас он сообразил, откуда это имя – Гелла…
Опять его настиг злополучный роман. Роман, который Иван Николаевич Понырев, ненавидел всеми фибрами души. Ненавидел за то, что его создатель, загадочный гений, назвал одного из героев именем Ивана. И не просто именем, а, угадал даже отчество и фамилию, что с самого детства мистическим образом переплело судьбы выдуманного Ивана, с Иваном реальным.
В жизни Ивана Понырева уже была и болезненная тяга к сочинению стихов и даже опубликованная в девятнадцатилетнем возрасте поэма в серьезном литературном журнале. Был и нервный срыв. И психиатрическая клиника с диагнозом «шизофрения», к счастью не подтвержденным впоследствии. Был и исторический факультет университета, и аспирантура, с недописанной диссертацией о зарождении христианства. Однако без пяти минут кандидат наук неожиданно для окружающих бросил все и открыл автосервис, который в последнее время приносил весьма неплохой доход. И только сам Иван знал, что это была очередная попытка обмануть судьбу, вырваться из порочного круга…        
Иван повернул голову и, перекрикивая свист рассекаемого воздуха, проорал во все горло:
- Теперь я знаю!!! Ты ведьма!!!
Гелла крутнулась вокруг своей оси, разметав по ветру волосы, и прокричала в ответ:
- А до тебя только дошло?! Да! Я ведьма!.. Ведьма!..
Ивана совсем не шокировало ее признание. С кем еще, как не с ведьмой, он мог голый лететь среди ночи? Поражало другое. То, что он воспринимал происходящее, как само собой разумеющееся. Словно ночные полеты были обычным делом, входили в привычное расписание, будто занятия в тренажерном зале. Значит в глубине души, где-то в самых удаленных ее закоулках, всегда жила уверенность, что роман все равно его не отпустит…
И Иван сдался. Пусть будет, как будет. Одно ощущение полета стоило всех жизненных проблем вместе взятых. Он набрал полную грудь воздуха и закричал изо всех сил:
- Я свободен!!! Я лечу!!!   
Гелла, поощрительно хихикая, писала петли рядом. Жизнь Ивана наполнялась новым смыслом.
Еще три ночи они сначала летали под бледными звездами светлого северного неба, а затем занимались безумным сексом. Днем Иван спал, и видел все тот же омерзительный сон, в котором он беспробудно пил. Только с каждым разом пустых бутылок становилось все больше, а к пиву и водке добавился дешевый портвейн.
На четвертую ночь она не пришла. Иван в ожидании, не присев ни на минуту, метался по комнатам, и забылся только под утро, в отчаянии упав лицом вниз на кровать. Но даже во сне его не оставляло ощущение утраты, будто он потерял самого близкого в жизни человека.
Уже привыкнув, что в дневных грезах он может скрыться от проблем в алкогольном дурмане, Иван, даже не удивился, что управляет сном по собственному желанию. Он набулькал из липкой бутылки и жадными глотками выпил стакан чернильного цвета бурды. Стены медленно поплыли, к горлу подкатила тошнота, но ледяная лапа, больно сдавливающая сердце, чуть ослабила хватку.
Неожиданно запел давно забытый мобильник. Иван долго пытался найти его между бутылками на столе, свалив несколько и разбив одну, скатившуюся на кафельный пол. С тупым любопытством нажал на кнопку, медленно поднеся телефон к уху. В наушнике бился тревожный мужской голос: «Иван Николаевич! Ваня! Ты куда пропал? Почему трубку не берешь? Что случилось?..»
Он опустил руку, большим пальцем нажав кнопку отбоя. Заплетающимся языком пробормотал под нос: «О боги, боги. И во сне мне нет покоя», - затем небрежно швырнул аппарат на стол.
Вдруг в голову пришла интересная мысль. Иван, навалившись на спинку стула, с трудом поднялся на ноги. Преодолевая неожиданно вернувшуюся боль в колене, покачиваясь и придерживаясь за стены, побрел на лоджию. Он подумал, что если может свободно летать наяву, то почему бы не попробовать во сне?
С трудом вписавшись в дверной проем, Иван вывалился на открытый воздух. Уперся ладонями в холодный камень ограждения. Постоял с минуту, вдыхая полной грудью, потом перегнулся наружу и соскользнул вниз…
Дежурный следователь прокуратуры стоял в двух шагах от тела, на самом краю темно-бурой лужи. Он уже побывал в квартире погибшего и теперь не сомневался, что имеет дело с обычным суицидом на почве злоупотребления алкоголем. Прикурив, он обратился к понятому, хитроглазому мужичку, жившему в том же подъезде:
- А что, здорово он пил?
Тот вильнул взглядом, пожал плечами.
- Да я бы не сказал. Как все, по праздникам.
- Странно, - глубоко затянулся следователь и шумно выдохнул сизую струю дыма. - А вся хата стеклотарой завалена. Неделю покойничек бухал, не меньше… Компании у него собирались? Может, гулянки устраивал?
- Тихо он жил, одиноко, - мужичок старался не смотреть на расплющенное от страшного удара тело. - Вот только последнее время по вечерам старушка какая-то все к нему ходила. Пакеты с универсама таскала. Может и с водкой. Я же внутрь не заглядывал.
- Старушка? Кто такая?
- Не знаю. Раньше никогда не видел, - понятой хотел добавить что-то еще, но следователь потерял интерес к разговору, отвлекшись на показавшуюся в арке двора машину с давно ожидаемым судмедэкспертом.
Видавшая виды «Волга» хриплым сигналом согнала на затоптанный газон странную парочку: бабушка – божий одуванчик буквально тащила на себе скачущего на одной ноге молодого, крепкого парня.
Затоптав окурок, следователь хмыкнул:
- Раньше пионеры старушкам помогали, а теперь старушки пионерам. Куда катимся, а?.. 

29.01.08


<<<Другие произведения автора
(9)
(5)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018