Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 192
528/257
 
 

   
 
 
 
Чередник Андрей

Великан
Произведение опубликовано в 80 выпуске "Точка ZRения"

Надвигалась осень, окутанная плотным сырым туманом. 

Он задумчиво разглядывал заплеванное дождем и мертвыми листьями окно, пытаясь угадать, будет ли за этой осенью другая? А потом поворачивал мысли к ее коленям, которые в воображении гладил не одну сотню раз, и принимался за письмо. 'Как мы почти полностью состоим из воды, так и жизнь состоит из наших мыслей и фантазий. Взгляд, прикосновение к губам - ничто, пока тот, другой, своими домыслами или дрожью ожидания не придаст им законченность и смысл, - думал он. - А что, если это - с л о в о , не прикрытое телом? Долетит ли оно по назначению, вызвав такой же трепет, как живое касание?' 

И он пробовал. Писал бесконечные письма, добиваясь рельефности строчек, приращивал к ним мускулы. Утром, едва утихал кашель, он приподнимался с кровати, подвигал ближе столик и отправлял к ней слова - одно за другим, надеясь, что она ощутит хотя бы их легкое дуновение. 

Днем приходил врач - веселый жизнелюбивый старик. Ловко наполнял шприц, мурлыкая под нос 'Аллилуя', вводил иглу под кожу и обещал прийти на следующий день в это же время. Церемонно откланивался и выражал надежду увидеть его завтра живым и шутливым, как и он сам. 

Дни складывались в недели. Тело, отвыкшее от движения, деревенело, а лицо покрывалось тоненькой и смешной, как улыбка, паутиной времени и болезни. Но руки продолжали работать, выпуская все новые слова, щедро вскормленные неиссякаемыми запасами души и мысли. И они - румяные и тучные от избытка жизни - улетали вдаль, чтобы на другом конце освободиться от своего груза, проливаясь над ее коленями освежающим дождем. А за ними уже спешили новые батальоны. 

И обратно устремлялись радостные ответы, что да, мол, твои богатыри добрались благополучно и эффект налицо. Коленки дрожат, даже покраснели от радости. А душа ну просто беснуется от наплыва чувств, взбудораженная так, будто над самым ухом колотят в гигантский колокол. Слова и строчки кусают, душат и вытягивают жилы, до того они хороши! 

Он читал эти письма и радостно улыбался, гордясь своими зубастыми молодцами - дерзкими и шаловливыми. А потом окидывал взглядом распухшее и большое, как у силача, тело и от души веселился, представляя себе, какой бы страх внушил ей, если  бы смог оторваться от подушек и встать в полный рост. 

Шло время. Смешливый доктор в белом по-прежнему появлялся каждый день в один и тот же час. И изумлялся, разглядывая одутловатого, все еще живого великана. Сравнивал его с Гулливером, опутанным лилипутскими веревками, и шутил, что он заметно прибавляет в весе и что сам Господь бессилен прибрать его к себе. 

Великан, обрадованный этими бодрящими словами, провожал его благодарным взглядом. А потом, мысленно приосанясь, разглядывал себя в зеркальце и замечал, что и правда пополнел. И с интересом открывал в своем отражении раньше не бросавшееся в глаза серебро волос и новые забавные морщинки, опоясывающие синеву вокруг глаз. 'От сильного рождается сильное', - произносил он, перечитывая ее восхищенные ответы. А потом старался быстрее заснуть, пока не накатил новый приступ кашля. Если бы не этот досадный клокочущий кашель, то и дело выплескивающий красную краску, он чувствовал бы себя окончательно счастливым. 

А она ждала новых писем и впитывала их, прикасаясь к буквам, которые обдавали то жаром, то стужей. Казалось, что эти строчки оторвались от Мастера и живут своей жизнью, подкармливаясь вдали от него. Повертятся где-то день или два, а потом возвращаются к ней, как коты к теплому очагу. Иногда грязные, поцарапанные и от этого - немного другие, но всегда с блестящими глазами. 

Подошла зима. Окно покрылось нарядным узором, сквозь который расплывался бело-синий снежный покров. Писать приходилось мелкими порциями - из-за кашля,  который налетал все чаще, но уже не раздирал легкие, не окрашивал подушку, а оставлял после себя только ноющую боль. 

Иногда сквозь ледяную мозаику проникали солнечные лучи и разлетались по комнате рассеянным светом, оживляя кровать и столик, где сгрудились письма. 

А слова все летели, припорошенные снегом, но такие же шальные и жгучие. И по ним трудно было поверить, что за окном крепкий мороз, а в комнате лишь кровать, надрывный кашель да неподвижное туловище, над которым витает белый доктор, опускаясь ниже и ниже... 

'Твои строчки наполнены такой бешеной жизнью, что я хочу кружиться по комнате. Сколько в них весны...' - грустно выводила она. 

Он не ответил, но и не возразил. Лишь кивал головой, спускаясь по темной лестнице. И от каждого окошка, мимо которого проносили его гигантское тело, в полузакрытых глазах Великана вспыхивал свет.


<<<Другие произведения автора
(3)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2017