Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
В тишину ворвался "Пер Гюнт" — любимая музыка Эдварда Грига. Он взял пачку чистых листов бумаги, сел. Немного подумал. И мелким красивым почерком написал: "Нелюбовь"...
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 522
529/259
 
 

   
 
 
 
Райз Таня

Осколочки
Произведение опубликовано в 100 выпуске "Точка ZRения"

Снег… Целыми днями падал снег. И целыми днями она ждала его прихода. Старенький градусник за окном зашкаливал за минус восемнадцать. И ее темпераментный организм южанки не в состоянии был смириться с этой температурой ноября. 

На светящемся электронном будильнике 22-00. Подрагивая от холода, она закутывалась в старенький халат, пытаясь задремать, свернувшись в кресле - как маленький щенок, брошенный хозяевами в огромном доме. Как это долго и как это болезненно - тягучее чувство ожидания, предвкушения, соединения - куцых отрезков времени во что-то длительное и значимое. 

Она ждала его прихода...

Еще сорок минут, пускай час, еще десять перезвонов, перестуков мобильных (кто сказал, что телефоны не имеют сердца?!), и он, наконец, войдет, принеся извне удивительную гамму запахов – чистый запах падающего снега, морозного воздуха, легкий привкус чужого сигаретного дыма, чужих людей, ресторанной еды… и еще - обязательные терпкие, жгучие, тонкие…всевозможнейшие пары алкоголя (как писал ее любимый Ремарк – «…коньяк, ром, вишневая настойка, абсент…») - верного спутника публичных вечеров. 

Прямо на пороге они обнимались. Долго смотрели друг другу в глаза. Она – спрашивала, он – отвечал. Им были совсем не нужны слова. Потому что слова всегда мешают понять истинный смысл. Люди зря придают словам слишком большое значение. Если существуют отношения, все остальное – вторично. 

Она заваривала крепкий, обжигающе-отрезвляющий зеленый чай. И они молча пили его на темной кухне. Заканчивается еще один московский вечер - вечер ее надежд и ее ожидания. 

А за окном продолжал неистово валить снег…

...По ночам снились скучные, сухие черно-белые сны. Иногда же, совершенно внезапно они приобретали взрывчатую гамму разношерстных красок, увлекали следом за собой в неизвестность, кружили голову пестротой и размытостью. Она просыпалась посреди ночи, долго не могла понять, где находится, бормотала что-то непонятное себе под нос. Наутро, разбитая, сползала с кровати, протирая глаза руками, совершенно ничего не помня. 

Амнезия… Полная ночная амнезия. Сонник Миллера – тлеющая надежда на счастливое предзнаменование, кроющееся в закодированных знаках, посланных из потустороннего мира...

Но старина Миллер, к сожалению, ничем не мог помочь. Сны растворялись на мутном и влажном стекле рассветной дымки, исчезали с поспешностью нашкодивших детей, дразня и посмеиваясь. Тщетные попытки раздражали ее каждодневной частотой и бессмысленностью. Она ждала своих старых закадычных сновидений – четких, словно цифровые фотографии, с лихо закрученным сюжетом и обязательным (согласно Миллеру) счастливым концом истории... 

Счастливый конец истории в данный момент был ей необходим как воздух, только вот предатели-пришельцы не приносили ничего интересного в своих зашифрованных записках, как бывало раньше. 

С утра начинался новый день – десятки тысяч привычных, заученных наизусть движений, тонкая тугая леска, канатик, ловко балансируя по которому, человекоразумные особи имеют возможность перемещаться вперед и вперед, без устали семеня по страничкам календаря. 

Не успев до конца проснуться, она мячиком выкатывалась из дома, мимикрируя у подъезда, спеша молниеносно влиться в толпу спешащих суетливых человекоразумных, оглядываясь в испуге, не заметил ли кто чужака, и тут же облегченно переводя дух – не заметили. Опять пронесло.

Вереница рутинных дел – ненасытных пожирателей сил и времени, приправленная соусом из обязательного общения, помогала коротать сутки, ставя маленькую галочку на каждом прожитом календарном дне (привет канатоходцам!), приближая долгожданное время вечерних сумерек... 

Время ее ожидания и время его возвращения...

Одинокая лампочка на потолке, шершавый голос Луи Армстронга звучит из колонок, желтоватым глазом подмигивает текила в стеклянной рюмке… Чин-чин! Его рука нежно обвивает ее тонкую кисть, поглаживая в такт музыке, выпитый алкоголь тягуче струится по организму, обжигает градусами, наполняет зыбким ощущением внутренней свободы. И тут же, ответным ударом - на языке отрезвляющий вкус лимона с солью - удачная и недорогая закуска, придуманная ковбоями с Дикого Запада … 

На бумагу густыми мазками ложатся наспех написанные неровные строки, дневное напряжение незаметно исчезает, уступая дорогу опустошению, усталость и нежелание спать соединяются воедино – пошел процесс обратной реакции, восхитительный переход за грань разумного, доступного пониманию, тягучая путаница мыслей и образов, предшествующая… 

... Затихал Армстронг, умолкали звуки их голосов, растворялся в наступающей тишине вечер. Подкрадывался сон, ставил предательскую подножку и тащил ее, успокоенную текилой, вперед по сумрачному коридору, заполненному снующими вереницами теней. Она зарывалась лицом в подушку, укутывалась в пушистое мягкое одеяло, как ребенок, в сладком ожидании цветных картинок. Небрежно заброшенный под кровать Миллер ворчал укоризненно, тихо шуршал потрепанными страницами (а может, это был лишь ветер?), и тишина, счастливая, блаженная, долгожданная тишина мягким призрачным покрывалом укутывала комнаты, охраняя покой спящих...

* * *

Осколочки, разбросанные по полу - можно собирать вас, а можно - нет. Можно забыть о вас, как мы забываем порой не то, что фрагменты, целые исписанные тетради из собственной жизни порой забываем.  Так проще. Так легче не пораниться. И не подкатит комок пережитого к горлу, и не придет никогда это щемящее, болезненноe это чувство НЕВОЗВРАЩЕНИЯ - туда, где было - неважно что и неважно как - но было, и никогда уже не сотрется в пыль....

Она тоже боялась осколочков. Боялась, отворачивалась, отводила глаза, прижимала к груди покрепче маленький его портрет в стеклянной рамке - того, кого так долго и так отчаянно ждала когда-то... И только снег, рвущийся в окно, и ветер холодный - как тогда, из прошлого, возвращали небольшую надежду на какой-то счастливый поворот - ведь бывает же иногда? Случается?


<<<Другие произведения автора
(5)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2018