Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 192
528/257
 
 

   
 
 
 
Ананьева Алина

Знак бесконечности
Произведение опубликовано в спецвыпуске "Точка ZRения"
пролог к "Автостопом по Баварии"

Будильник верещит как придавленный щенок. Спасти! Спасти немедленно! Не открывая глаз, приподняться, рукой очертить привычную дугу, придержать башенку настольных часов, предусмотрительно поставленных на пол, нащупать рычажок. Все! Тишина.

Получится ли встать?

* * *

За прошедшие четыре квартала я подружилась с коллегами, научилась не забывать дома электронный пропуск и выработала идеальный утренний маршрут. Посетила два корпоративных тренинга и одну конференцию. Переболела простудой в самый разгар аудита – пила бесконечный мед с лимоном и гундосила в трубку пояснения к таблицам перекладки. Прошла плановое техобслуживание и дважды переобула резину на «девятке». Пять раз посетила любимого парикмахера, стала короче стричь челку. Купила французское пуховое пальто до колен – с какой стати носить шубу теперь, когда потерявшие в весе пуховики так несказанно похорошели?

Прониклась оптимизмом нового немецкого кино: просмотр романтического роад-муви «Im Juli»1 заглушил тоску по отшумевшему лету, а мультик «Kleines Arschloch» поддержал в мысли, что всезнайки и зануды – в принципе, прикольные ребята. Проглотила пару новинок от Джона Гришэма, правда, без особого удовольствия, скорее по привычке. Жалко, повторяться стал хитросюжетный паук, эксплуатируя свой талант и жадный интерес молодых наемных специалистов к выпускникам Гарварда с шестизначной годовой зарплатой. И семизначными премиальными. Согласитесь, когда читаешь о неком «очень богатом» Джеке или Джоне, партнере лет сорока, чья «idea of fun was to be at his desk at six-thirty on a Sunday morning»2, так и хочется бежать вприпрыжку в офис и все выходные биться над разноцветными графиками в идиотской, едва ли кому нужной презентации. Недаром Гришэм обладает особенной притягательностью для ассистентов международных консалтинговых фирм. Однако дюжина однотипных триллеров – это слишком даже для этого литературного Клондайка.

Что еще? Развила в себе удобную привычку совершать большую часть закупок для домашнего хозяйства раз в месяц, в мелкооптовом «Метро Кэш-энд-Кэрри». Распробовала пиво «Тинькофф» и приучилась брать золотое и красное. С осени по весну коробками покупала гранаты, шоколадки и клюквенный морс. Устроила фотосессию подмосковной заснеженной свалке, озаренной лучами пронзительного февральского солнца. Два раза поссорилась и два раза помирилась с молодым человеком. Пора бы, пожалуй, насовсем расставаться. Забрала дубленку из химчистки - они работу два раза переделывали, в итоге наше с ними взаимодействие на три месяца растянулось, а все равно результат хуже некуда. Ах да, еще я сумела получить отпуск!

Открыть глаз, второй, потянуться, нащупать тапочек –не тот, этой ноге нужен правый. Победа! Включить ли свет? Не, пусть пока экономится, мучитель. В ванную? В ку-ухню!? Интересно, что я забыла в холодильнике – никогда ведь дома не завтракаю. Тем более, когда почти опаздываю. Ладно, вытащу пару йогуртов, на работу возьму. Итак, в ванную!

* * *

Отпуск. Маленькое чудо, выпестованное терпеливым ожиданием. Очевидное и невероятное в жизни любого офисного работника. Будильник, родной! Ты ведь не поверишь, если я скажу, что буду скучать по нашему секретному утреннему ритуалу, в котором я старательно выторговываю лишние минуты сна, а ты с назойливостью одесской мамы продолжаешь сверлить дыру в моем неотдремавшем сознании. Правильно, что не поверишь, потому что я не буду скучать. И тебе есть повод отдохнуть от моего ворчания!

* * *

Сколько же пыли в московском воздухе! Вчера вечером машину помыла, а с утра опять стекла серым велюром затянуло. Так, левый поворотник, задний ход. Увереннее! Иначе до обеда не пропустят. Спасибо!

* * *

Первые эскизы. В голове калейдоскопят образы прошлых полетов. Горы-моря, степи-леса, питерские каналы и пражские кафешки. По вискам адреналинно марширует нарядный отутюженный караул – Братислава или Загреб? Глаз жмурит солнечный луч, нырнувший в аквамарин Плитвицких озер и отразившийся от затонувших, законсервированных древесных стволов. Серебристой рябью вперемешку с мягкими оранжевыми бликами искрится осенний канал, который обитатели Принстонского университетского кампуса облюбовали для академической гребли.

Особенно неохотно сдают позиции отпускные фавориты из области юго-восточной экзотики. Двухзвездочные супер-мега-отели с королевскими кроватями три на три квадратных метра. Целебный, убаюкивающий тайский массаж. Познавательная экскурсия в очередную туземную деревню. Цветущие кусты марихуаны в ботаническом саду. Матанализ последовательности «барашков» внутри массива бирюзовых волн… Органолептическое ранжирование семи представленных на рынке сортов манго… Э-эх!

И все же решено: еду в сердце Европы. Теплая брусчатка, пряничные домики, изумрудная трава. В рюкзаке девчачий минимум: платье, джинсы, косметичка, полная миниатюрных косметических пробников, подарки, фотоаппарат. Прощай, здравый смысл! В течение десяти дней - минимум ограничений во времени и в пространстве. Да здравствует романтика, свежий воздух и люди всех наций! Передвигаться – как придется, есть – что получится, фотографировать - только самое красивое и интересное.

Опытные торговцы турпакетами подтвердят, что по поводу точного местоположения сердца Европы не затихают споры. Не буду вступать в дискуссию, но сообщу, что на этот раз зону поисков этого важного европейского органа я ограничила половиной Германии от Берлина вниз, альпийской Австрией (проездом) и севером Италии. Маршрут сложился спонтанный – из спонтанной электронной переписки с друзьями и внешне напоминал беременную восьмерку: Мюнхен – Аугсбург – Эсслинген – Гейдельберг – Берлин – Мюнхен – Милан – Верона - Мюнхен.

* * *

Две недели отдыха! Компания торжественно обещает обходиться без моей персоны. До свидания, валютная переоценка! До встречи, уважаемые методы финансовой отчетности, дорогие CHEAP & GOOD, ROUGH & TOUGH, QUICK & DIRTY3! Пока-пока, все прочие способы выявления средней температуры по больнице и мучительный процесс поисков крайнего.

* * *

Или, вслед за Zемфирой, я разгадала знак бесконечности?

Умные и красивые. Сильные, смелые и уверенные в себе. С авиабилетом или без, мы – все те же. Только с авиабилетом – еще сильнее, еще смелее, а уж уверенные – до безбашенности. Плюс свободные. И пусть мобильный отзывается мечтательным «перезвоните позже», для электронных посланий активирован автосекретарь, на телефоне включен автоответчик – все неотложные социальные функции делегированы. Нашими цветами до отказа забит соседский подоконник, над обоими внуками щебечут радостные родители, а собака трусливо прячется за пакетом с полугодовым запасом Chappi в доме лучших друзей (вы хорошо подумали, кто из них вам дороже?). На nine-to-six4 диалекте мы называем эти паузы отпуском, и во что бы то ни стало, стремимся сменить оковы ответственности, рациональности и целеустремленности на менее привычную, так сказать, эмоционально благоприятную обстановку.

Новые места, незнакомая еда, странный климат, общение с людьми, которых мы никогда в жизни не видели (и, более того, не увидим), неожиданное напряжение мышцам и суставам. Это на отпуск мы откладываем деньги, отказывая себе сиюминутно в третьей паре сапог и литых дисках для автомобиля. Это о нем мы мечтаем за первой чашкой кофе, аутоподбадривая себя перед погружением в хмурое холодное утро. Это его совершенный облик мы ваяем, отсекая все лишнее от бездонных информационных запасов Всемирной Сети. Комфорт или экстрим, метания по земному глобусу или провинциальный покой? Родные-близкие-друзья или тусовки-знакомства-дискотеки? Мы радуемся, как дети, и чувствуем себя, как рыбешки в теплой лазурной воде, мы веселимся, мы дурачимся, обращаем внимание на солнце, деревья, незнакомых людей и тусклые, плохо сохранившиеся барельефы. И вдруг сами не замечаем - что не замечаем, как время несется прочь. Мы отдыхаем!

Будь-то в залихватской суете или безмятежной плавности отпускных недель, мое воображение порой бороздит восхитительная мысль, что вот, наверное, так себя ощущал настоящий «лишний человек». В наше время этот мифический персонаж редко встречается на воле, но по-прежнему любит тихую атмосферу школьных классов литературы, невнятный сумбур ученических сочинений и пожелтевшие страницы классиков. Помните, «лишний человек» играл какую-то ужасно важную, так и не понятую нами, юными рационалистами, роль в истории и литературе XIX-го века. Лишний, лишенный ответственности и забот любопытный птенец, который бестолково порхал по миру с одной лишь целью – потолкаться рядом с замечательными людьми, поглазеть на удивительные события, подхватить и понести по миру занимательные мысли.

Увы, отпуска пролетают невероятно быстро. Не успеешь перевести дух, и вот опять шасси самолета бежит по бетону подмосковной посадочной полосы. Чудесные переживания, как большущее облако сахарной ваты, тают, сжимаясь обратно в ложку сиропа. И невозможно сопротивляться деловито-серьезному духу московских аэропортов, который кондиционированной струей увлекает в калейдоскоп взрослых ролей. Изысканный букет впечатлений растворяется в тумане – а вернее, это я удаляюсь, бегу по ступеням эскалатора навстречу автоответчику, политым цветам и засиявшим новыми красками амбициям. Сзади прыгает по плиткам чемодан, в чреве которого, рядом со стиркой и пролившейся косметикой, можно найти полкило ракушек и пару кастаньет, мятый журнал на непонятном языке, несколько паленых аудиокассет и клетчатый хлопчатобумажный саронг.

Слабая попытка сохранить в памяти уникальные наборы образов, эмоций, звуков и запахов! Законсервировать волшебные мгновения, чтобы войти в ту же реку дважды, трижды…

Однажды в моих руках появилась «мыльница», пошли пленки, фотографии. Эти снимки напоминали парковые лужицы, заглянув в которые, можно обнаружить знакомые силуэты, цвета, смутно напоминающие натуру, и тусклые блики солнца. А потом «мыльница» сломалась, и уже шестьсот грамм в моем багаже абонировала профессиональная Minolta. Литиевые батарейки улетали пара за парой: пейзажи, камни, цветы, дома, детали, люди, занятные ситуации. Снимки стали как чисто вымытые окошки, благодаря ним мой «лишний» мир обрел четкую и красочную физическую форму.

Конечно, у фотографии проявились и досадные черты. Удачные кадры обнаружили свойство исчезать на секунду раньше, чем я успевала достать и сфокусировать фотоаппарат. Экзотическая птица улетала, изящный пейзаж за окном поезда проваливался вдаль, а человек примеривал любимую гримаску. Потому что редкие люди бывают в достаточной мере раскованы или увлечены, когда на них пялится объектив.

На туристических буклетах, салфетках и рекламных открытках в кафе появились каракули заметок. Тут строчка, здесь фото, узелок за узелком – и вот в моих руках прочная сеть, способная удержать самые непослушные эмоции и радостные воспоминания. В сумке, под боком у Minolty вскоре разместилась серебристо-синяя записная книжка с аккуратной вязью синих строчек. Потревожить их молчаливое согласие сумело, пожалуй, только вторжение тонкого ноутбука с двумя аккумуляторами, многоязычным словарем и встроенным микрофоном. Вот они: орудия моей памяти.


Примечания:

1 - в русском переводе «Солнце ацтеков»

2 - «любимая забава – быть за рабочим столом в полшестого утра в воскресенье» (англ.)

3 - ДЕШЕВО И ХОРОШО, ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО И ГРУБО, БЫСТРО И ГРЯЗНО (англ.)

4 - С девяти до шести (англ.) – то есть на диалекте офисных работников


<<<Другие произведения автора
(5)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2017