Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 1753
529/260
 
 

   
 
 
 
Курас Игорь Джерри

Бородайский берег
Произведение опубликовано в спецвыпуске "Точка ZRения"

Они подсели ко мне в кафетерии Корпорации: бесцеремонно ворвались в моё полуденное одиночество.

Я жевал свой скучный бутерброд и напевал в голове какую-то незатейливую песенку без слов и без названия. Какое может быть название у песенки без слов?

Они подсели ко мне целой толпой с очевидным намерением что-то у меня узнать. Любопытство было написано на их лицах и общее коллективное возбуждение отчётливо проступало в их совместном порыве.

— Привет, Джерри! — наперебой замахали они руками

— Да, да. Привет, — сказал я, и сделал вид, что подвинулся, хотя этого можно было и не делать, так как стол был громадным, округлым, пустым.

— Джерри! Ты должен рассудить наш спор. Тони утверждает, что знает русский.

— Тони знает русский?!

— Не торопись! Тони говорит, что знает русский, но мы не верим. Мы поспорили с ним на двадцатку, и нам нужно вывести его на чистую воду.

— И?

— Что значит "и"? Нам нужна твоя помощь. Мы хотим, чтобы ты поговорил с Тони по-русски. Сейчас он подойдёт сюда, и ты задашь ему вопрос по-русски. Он этого не ожидает и, так как никакого русского, по нашим предположениям, Тони не знает, он сразу же сядет в лужу!

Вот как! Они хотят вывести Тони на чистую воду, и, при этом, посадить его в лужу. Какой замечательный складывается, с позволения сказать, оксюморон.

Я представил себе толстого голого Тони, вымытого в чистой воде и затем посаженного в лужу, и картинка в моей голове получилась вполне достойная участия в выставке Дегенеративного искусства в Мюнхене 1937 года.

— Ну, что же. Чёрт с вами. Я поговорю с Тони

— Вот, он идёт! Он подходит сюда. Тихо! Сделайте умные лица.

Как будто возможно такое лицедейство!

— Привет, Тони! Как твои дела? Говорят, что ты понимаешь русский, — заинтересованно говорю я, привстав и пожав Тони руку

— Бородайский берег! — отвечает Тони непринуждённо, — Пушка!

Стол замирает в ожидании чуда

— Ну, пушка, так пушка, Тони — говорю я, — Честно тебе скажу: где-то в глубине души я надеялся, что ты знаешь русский. Мы могли бы с тобой травить анекдоты, промывать косточки начальству, обсуждать местных девчонок. Жалко, что это не так. Бородайский берег, конечно, сильно сказано, но русский ты ни фига не знаешь.

— Ухтарский привет! Я и не стараяна другажа бума!

— Другажа бума. Совсем другажа, Тони. И не говори. Я и сам так иногда думаю.

— Истрица старкин. Бородайский берег!

— Истрица-сестрица, а тебе не спится? Что там про Бородайский берег, Тони? Не боись, чувак. Я этим олухам тебя не выдам. Будешь ты с сегодняшнего дня официальным полиглотом.

И я перехожу на английский и говорю им, что да, как вы тут все видели, Тони говорит на хорошем русском. Небольшой акцент, конечно, есть, но, в общем и целом — хороший литературный русский.

— Сейчас на таком литературном русском не все и в России говорить умеют, — добавляю я, — С таким русским Тони запросто мог бы быть, например, выбран в русскую Думу или вести какую-нибудь развлекательную передачу на русском телевидении.

Все немного смущены неожиданным поворотом событий, но показательное выступление Тони и моя на него реакция вполне убедительны и сомнения не вызывают.

Деньги отсчитываются на стол, и Тони засовывает в карман двадцать долларов.

Люди всё ещё возбуждённо машут руками, но медленно расходятся.

В самом конце рабочего дня Тони навестил меня в моём закутке.

Для тех, кто не знает, скажу, что на стенках у меня висят фотографии каменных лошадей Клодта, колонна Монферрана, всадник Фальконе — все эти шедевры великих моих земляков, которыми я по праву горжусь.

Тони опасливо и недружелюбно косится на всадника работы Фальконе, потом на лошадей Клоддта.

— Кони, это Тони, — говорю я про себя, а вслух вежливо улыбаюсь и предлагаю Тони сесть.

Он тяжело садится в пустое кресло для посетителей — я держу его здесь на случай гостей прямо под фотографией зеленоватого здания, выстроенного на берегу Невы ещё одним моим знаменитым земляком — Франческо Бартоломео Растрелли.

— Спасибо тебе, — говорит Тони, — Если честно, я не ожидал, что ты мне поможешь. Вчера мы были в баре, и пили русскую водку. Не знаю почему, но я сказал им, что понимаю русский.
— Да нормально, Тони! Нет проблем. Всегда готовы помочь.

Тони поёрзал в кресле и достал две мятые пятёрки

— Это тебе. Твоя часть. Бери, бери! Всё честно: тебе половина и мне половина.

Он тяжело встаёт, виновато улыбается и, слегка хлопнув меня по плечу, уходит.

Я разглаживаю мятые купюры и задумываюсь над случившимся.

Я знаю, где-то есть Бородайский берег: там живут счастливые люди-бородайцы, говорящие на странном языке, в котором любые звуки сами становятся осмысленными словами, складываются в строчки, рифмуются между собой. Там, на Бородайском берегу не бывает песен без слов и без названия.

Когда-нибудь мы все там встретимся.


<<<Другие произведения автора
(11)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2021