Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
Я уверен, в цепи исключений,
Если б путь этот я не прошел,
Избежал бы не мало мучений,
Но тогда б я тебя не нашел.
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 1683
529/260
 
 

   
 
 
 
Пурис Зинаида

Вечный покой

   - И на что мы теперь будем жить? – В круглых Ларискиных глазах полыхало возмущение. – Петь начнем в электричках?
   Николай отрицательно покачал головой. К своим тридцати годам он окончательно убедился в том, что петь ему не дано. Он надеялся найти работу, похожую на ту, с которой его выперли по сокращению штатов. «Кризис, - буркнул на прощание директор, - Ничего не поделаешь», - а во взгляде осуждение, будто Николай был организатором глобального экономического бардака. Немного утешало, что кое-что для дестабилизации финансовой обстановки в стране он все же совершил – в один прекрасный день они с Лариской обошли магазины и, набрав кредитов, исполнили свои заветные желания. Теперь эти кредиты висели дамокловым мечом над их маленькой семьей, и Лариска, как и положено молодой жене, боялась: 
   - У нас все отнимут!
   - Чего у нас отнимать? – не верил Николай.
   - Диван, например, - отвечала Лариска. На самом деле она волновалась за гарнитур из магазина элитного белья, приобретенный в состоянии эйфории за немыслимые деньги.
   - Нужен банку твой диван. Если бы у нас был дворец за городом... - Николай, как и положено мужу пресекал панику, хотя сам уже был на грани.
   - А ты еще куришь, - упрекала Лариска. – Чем на сигареты последние деньги переводить, курил бы свои газеты. Все равно от них никакого толку.
   Она была права. За последний месяц куча газет с рекламными и прочими объявлениями выросла почти до потолка. Поначалу обилие объявлений вселяло уверенность, что найти работу не проблема, что кризиса не было и нет, а причина волны увольнений кроется в желании скучающего от безделья руководства выпустить кишки подчиненным и насладиться зрелищем. Но пролетел месяц, а работа так и не нашлась. В этот критический момент, когда он всерьез задумался, не податься ли ему в грузчики, дядя Боря, сосед, с которым они регулярно курили на лестнице, рассказал, что у них на работе вводят должность исполнительного директора, что он своими ушами слышал, как Зоя Ивановна, хозяйка, говорила об этом администратору. Николай погасил сигарету, пожал руку соседу и помчался по горячему следу, мысленно благодаря дядю Борю за то, что приколачивая гардины в кабинете начальницы, он держал уши топориком и не упустил такую важную информацию.
   Домой Николай вернулся окрыленный - в понедельник он напишет заявление и приступит к работе. Зоя Ивановна оказалась дамой немногословной и решительной, несмотря на то, что походила на провинциальную тетку с претензиями – квадратное, цвета выгоревшего кирпича лицо, брови скобками и короткая, почти мужская стрижка. На нее произвело впечатление, что Николай почти пять лет проработал заместителем начальника сбыта, и она дала «добро».
   Лариска скептически поджала губы:
   - Завтра пятница, там еще суббота, воскресение. До понедельника у них еще пятнадцать кандидатов появится. До понедельника эта Зоя про тебя вообще забудет. Завтра надо напомнить о себе. Отнеси подарок какой-нибудь, тогда она точно тебя запомнит.
   Николай хотел было рассмеяться в ответ, но передумал. В безумной Ларискиной идее просвечивало здравое зерно.
   - А что дарить? Духи?
   - С духами можно нарваться, не угадаешь, - в голосе жены появились интонации сведущего человека. – Оптимальный вариант - бутылка хорошего вина.
   Николай засомневался:
   - Ты не видела эту Зою Ивановну, у нее вид такой... Мне кажется, ее вином не прошибешь. Она, наверное, кроме водки ничего не пьет.
   - Водку не надо, - отрезала Лариска: - Сомневаешься насчет вина - дари коньяк.
   В пятницу, выждав приличное послеобеденное время, Николай переступил порог уже знакомого кабинета. На этот раз на его улыбающееся «здрасьте», начальственная дама не соблаговолила даже кивнуть. Она смотрела  из-под своих круглых бровей и ничем не выдавала интереса.  Николай слегка растерялся. Уверенность, что он все делает правильно улетучилась. Он проклинал про себя подарочки, сувенирчики, знаки внимания и все бабские идеи скопом, но деваться было некуда. 
   - Я буду у вас работать с понедельника ...
   Дугообразные брови на кирпичном лице слегка приподнялись.
   - Вот я и решил зайти поблагодарить за доверие, - после этих слов он решительно подошел к столу и поставил под нос Зое Ивановне купленную Лариской картонную сумочку вызывающего желтого цвета в серебряную крапинку.
   Зоя Ивановна скосила взгляд на торчащее из сумки бутылочное горло, после чего опять посмотрела на Николая:
   - Ты, что же, собрался отметить это дело?
   - Вы не так поняли, я вовсе не это имел ввиду... - Николай начал оправдываться, а Зоя Ивановна поднялась из-за стола и, повернувшись к нему спиной, стала хлопать дверками набитых бумагами шкафов.
   - Это... чисто символически, сувенир... На представительские нужды... - он продолжал убеждать ее обтянутую зеленым трикотажем спину. – Я очень рад, что буду у вас работать, я подумал, может быть, какие-то вопросы... Впереди выходные...
   - Да, - поддакнула строгим голосом Зоя Ивановна. – Выходные.
   Николай умолк. Поток его оправданий остановила не короткая реплика потенциального босса, а два пузатых стакана и чайное блюдце с подсохшими ломтиками лимона, появившиеся на респектабельном письменном столе. Зоя Ивановна села в кресло и кивнула на бутылку. После минутного замешательства он сообразил, что получил приказ разлить коньяк.
   Николай вдохновился. Слава богу, ничего опрометчивого он не совершил, предложение работы остается в силе, а поскольку с понедельника он будет практически правой рукой руководителя, небольшой тест на алкоголь имеет смысл. Эта Зоя – здравомыслящая женщина!
   Он не считал себя пьющим, как собственно и непьющим тоже. Выпивал с удовольствием, но не часто, похмельем не страдал и испытание его не напугало. Даже наоборот, это была возможность показать себя во всей красе.
   Первый тост был коротким – за знакомство. Произнесла его Зоя Ивановна, а Николай мелко затряс головой, выражая полное согласие.
   - Первая колом, вторая соколом, - сообщала она практически следом, требовательно глядя Николаю в глаза.
Он мгновенно наполнил бокалы, и также мгновенно они опустели. После чего выпили за предстоящий уикенд и еще «дай бог, не последнюю». Коньяк кончился. Никогда в жизни Николай не пил на такой скорости. Теперь он понимал, что чувствует Лариска после фужера шампанского и что значат ее слова: «Ой, я поплыла». Николай тоже «поплыл». Голова отяжелела, и стоило позволить себе расслабиться, как она немедленно свешивалась. Чтобы выглядеть достойно, он решил сосредоточиться, сидеть прямо и смотреть только вперед.
   - Надо заказать пиццу, - объявила Зоя Ивановна и покинула поле его обзора. Николаю пришлось смотреть в шкаф. За его спиной велись долгие телефонные переговоры, хлопали двери, раздавались незнакомые голоса, он упорно смотрел прямо перед собой, таращил глаза и, как мог, боролся с опьянением.
   Что-то громко стукнуло по столу, Николай отлепил взгляд от шкафа и увидел бутылку. В бутылке был коньяк. Его объял ужас, и, появившаяся в обозримом пространстве Зоя Ивановна, это заметила:
   - Не бойся, это не последняя, у меня есть еще, - она опять сидела напротив него, он, как мог, изображал доброжелательное внимание, а Зоя Ивановна пустилась в откровения: - Эта работа меня достает. Звонки, люди... Всем чего-то надо. Покоя нет. Ни радости нет, ни удовольствия, а, главное, нет покоя... А я люблю вот так посидеть. Никто не дергает, никаких дел, тихо, спокойно... А почему?  А потому что у меня ведь не только кошелек, у меня еще и душа есть. 
   Речь Зои Ивановны произвела на него впечатление. Николай был потрясен. 
   - Зоя Ивановна, вы - человек! Вы необыкновенный человек, Зоя Ивановна! Я преклоняюсь! 
   - Просто Зоя. И давай на ты, - предложила она и собственноручно отвинтила крышку у бутылки. 
   Выпили, пожевали остатки лимона.
   - А тебя как зовут? – спросила Зоя. 
   Николай вскочил с места и в полупоклоне представился:
   - Николай Александрович.
   На ее кирпичном лице появилось разочарование. Она покачала головой:
   - Нет, не пойдет.
   - Почему? -  спросил он упавшим голосом.
   - У меня уже был один Николай Александрович. Не хочу.
   Николай расстроился. Зачем он сказал ей свое отчество? И зачем вообще пришел? 
    - Ты будешь Антон, - обявила Зоя Ивановна.
    - Антон? – удивился Николай. - Почему? 
   - Потому что Антон лучше. Ты хочешь как лучше?
   Он согласно затряс головой:
   - Хочу. Я хочу как лучше.
   - Давай выпьем за тебя, Антон.
   Потом принесли пиццу, и они выпили за пиццу.
   Под утро Николая разбудила знакомая песня, ее пела Зоя:
   - Призрачно все в этом мире бушуууующееееем, есть только миг за него и держиииииись... 
   За окном брезжил тусклый рассвет. Зоя, сидела на прежнем месте, водила пустым стаканом по столу и пела:
   - Есть только миг между прошлым и буууудущииим. Именно ооон называется жизнь. 
   Увидев, что Николай разлепил веки, она кивком головы предложила ему присоединиться. Он не стал ломаться, почему-то в эту минуту он понял, что сможет, что он не просто споет, а потрясет своим пением Зою и всех, кому повезет его услышать.
   Он выкрикнул: «Вечный покой!», вложив в эти слова всю свою душу, Зоя благодарно кивнула и откликнулась: «сердце вряд ли обраааадует». Он опять крикнул «Вечный покой», и сипловатый Зоин голос допел: «для седых пирамииииид». 
   Николай самозабвенно пел, полагая, что вставляет свой «вечный покой» в самую точку, он уже не слышал Зою, зато он слышал собственное пение и удивлялся, как замечательно у него получается. Он в очередной раз набрал в легкие воздуха, чтобы поразить Зою своим громким голосом, и тут она перебила его, сказав то, что он хотел услышать:
   - Молодец, ты хорошо поешь.
   Николай порозовел. Он и раньше подозревал, что вокальные данные у него есть, только не развиты из-за насмешек окружающих, в том числе и собственной жены.
   Он вспомнил про Лариску, и желание петь дальше пропало.
   - Мне надо позвонить жене.
   Зоя понимающе кивнула. Оказалось, Лариска уже звонила и не один раз. Николай вспомнил, что перед тем как войти в кабинет к Зое, он отключил у телефона звук. Он сделал звонок и Лариска сразу взяла трубку, сначала обрадовалась, потом назвала его свиньей. Сказала, что только такая безработная свинья, как он, может звонить в пять утра и врать, что он на работе.
   - Ларис, я... Ларис...
   Зоя снисходительно улыбаясь попросила у него телефон:
   - Я все ей объясню. Не волнуйся, все наладим и решим, - она приподняла брови, сделала вежливое лицо и сказала в трубку: - Добрый вечер. Ваш Антон у меня. Так что будьте спокойны, он в целости и сохранности.  
   - Что она ответила? – спросил разволновавшийся Николай.
   - Она обрадовалась. Сказала, что теперь она за Антона абсолютно спокойна.
   - Зоя, ты гений! – восхитился Николай. – Я хочу пригласить тебя на танец.
   - А музыка?
   - Не нужна никакая музыка! – он вскочил с места, обойдя стол, подошел к ней и подал  руку. 
   Они танцевали медленный танец, Николай бережно держал Зою в объятиях. 
   - Тебя в детстве не дразнили «Антошка, Антошка, пойдем копать картошку», - спросила она. 
   - Нет. В детстве меня звали Колей.
   - Почему?
   Николай не знал.
   - А меня в детстве дразнили бочкой, - пожаловалась Зоя. - Мне было обидно. Я злилась, плакала, а они все равно дразнили.
   Николай положил ее квадратную голову себе на грудь и погладил ежик из жестких крашеных волос.
   - Я за тебя отомщу. Я их всех найду и каждому навешаю.
   - Они все в Саратове. Я тогда в Саратове жила. 

   - Вам куда? – спросил таксит.
   Николай открыл глаза, рядом с ним, на заднем сиденье машины, свесив стриженую голову, спала Зоя.
   - Сначала даму отвезем, - Он потряс ее за плечо. – Ты где живешь? Говори адрес.
   Не открывая глаз, она пробормотала:
   - Ленинградская шестнадцать.
   - Говорите, как туда ехать, - потребовал таксист. -  Я города не знаю. 
   Николай выглянул в окно – район незнакомый.
   - А мы сейчас где?
   - В Саратове.. 
   - В Саратове?! – не поверил Николай. - Что мы тут делаем?
   - Этого я не знаю. Сказали, в Саратов, я и привез в Саратов.
   Николай растолкал Зою Ивановну.
   - Мы в Саратов приехали. Ты знаешь, зачем?
  - Понятия не имею, - она зевнула. – Чего мы тут стоим как вкопанные? Ну его, этот Саратов.  Поехали домой, завтра на работу...


<<<Другие произведения автора
(5)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2019