Главная страница сайта "Точка ZRения" Поиск на сайте "Точка ZRения" Комментарии на сайте "Точка ZRения" Лента новостей RSS на сайте "Точка ZRения"
 
 
 
 
 
по алфавиту 
по городам 
по странам 
галерея 
Анонсы 
Уланова Наталья
Молчун
Не имеешь права!
 

 
Рассылка журнала современной литературы "Точка ZRения"



Здесь Вы можете
подписаться на рассылку
журнала "Точка ZRения"
На сегодняшний день
количество подписчиков : 192
528/257
 
 

   
 
 
 
Инна Ходас

Во сне меня звали Анной
Произведение опубликовано в 85 выпуске "Точка ZRения"

Во сне меня звали Анной. Сон был повторяющимся. Длился около полугода. То есть каждую ночь, за исключением некоторых бессонных ночей или тех, сны которых не запомнились, я попадала в ситуацию, в которой все предметы, люди, имена мне были будто бы знакомы, но, просыпаясь, не могла вспомнить, где, кроме сна, их видела. Французы это называют просто: "Deja vu". И не заморачиваются. Не буду и я. Да, кстати, язык… Иногда меня будил муж вопросом: "С кем ты разговариваешь? Поговори со мной." Я не помнила язык, на котором говорила ночью. И не могла проговорить ни слова на языке, на котором обращался ко мне муж. Мычала нечленораздельное "Няумяу", муж переспрашивал: "Слюнки?", и я старалась убежать обратно в сон.

Мне обязательно нужно было вернуться. Сколько себя помню, всё время нужно вернуться. Только не всегда помню, куда. И чем сильнее тяга вернуться, тем острее беспамятство. Иногда возвращаюсь в реальность, как в сон. Иногда попадаю в знакомую реальность, которая оказывается на поверку сновидением. Путано всё. А этот был реален. Я в него возвращалась, как домой. Потерянный в детстве дом был вот он, каждый раз новый, но всякий раз узнаваемый. Сегодня он был четырёхэтажный. Слеплен будто матом и на скорую руку. Разбросанные стулья, персидский ковёр, припорошенный табачным пеплом, проломанные перила лестничных пролётов, — всё как в «элитарном фильме»: пафосно, стильно, куда ведёт — непонятно… но я ведусь. Иду быстро. Иду по ступеням. Вверх, не задерживаясь в комнатах, где брошенная мебель хранит память о чьей-то жизни. Верхний этаж не имеет ни дверей, ни стен. Только пол и потолок. Ступени привели на площадку, которую можно было бы назвать чердаком, но она не отделена от дома, она будто бы объединяет его под крышей. На крышу ведёт и маленькая дверка в потолке с приваренной ручкой и приставной лестницей. Ну, вот я и пришла. Мечта моя.  Объединённое пространство чердака. Сюда по обыкновению снесли всё, что в обыденности не требуется больше, но выбросить жалко. Жутковатое ощущение от пройденных пролетов улетучилось. Попадая на чердак, я забываюсь. Даже не помню, когда это со мной случалось в прошлый раз. Давно. В детстве. На чердаке мне всегда хорошо. На чердаке почему-то не страшно. Боязно, иногда до щекотки. Но очень как в мультике про котенка по имени Гав… «Чего ты хочешь?», — услышала я за спиной. Вопрос, прервавший мои мысли, был адресован мне. Здесь больше никого не было. Я вообще-то думала, что никого, кроме меня… «В покер сыграть», не задумываясь и не оборачиваясь, ляпнула… Пошутила, конечно. Меня услышали. Передо мной открылась дверь. Я, оказывается, в задумчивости стояла у картины, висевшей на стене. Картина не запомнилась, а дверь я не заметила, разглядывая картину. Из двери рванул свет, я, как магнитом притянутая, шагнула. И, переступив черту (порога не было), подумала с досадой: «Почему покер? Я же не люблю казино! Подумала бы о необитаемом острове, о гамаке и пальмах, наклонившихся над океаном…» Я попала в хорошо обустроенное казино. «Подпольное», — подумалось  мне… «Скорее чердачное», — ответил моей мысли кто-то. Я подняла голову. Во сне ничто не удивляет. По правую руку стоял мой спутник. Неопределенного возраста, статный, с точными чертами лица. Пыльно-рыжие волосы… То ли седеет, то ли… подкрашивается, что ли? Сейчас с мужчинами это бывает… Не всматриваясь, скользнула по костюму вниз, на обувь. Что-то странное было и в его костюме. Такое ощущение, что человек по дороге заглянул в винтажный магазинчик и нацепил, что под руку попалось, не глядя, что прошлого века. Хотя и добротные, костюм и туфли не вязались ни к облику, ни к  чердаку… Он что, знал? Да ладно, мне что до него? Он закрыл дверь за собой не с той, с этой стороны. Откуда он взялся вообще? Он был игрок, вот что! Я это поняла по уголькам в глазах. По особому сквозному взгляду. Так смотрит только игрок. Меня притягивают игроки. Есть в них что-то очень живое. Хотя оказывается на поверку зачастую фальшивое: игроки любят блефовать. Я не люблю играть. Я наблюдать люблю. За игроками. И я сказала: «Ладно…» Наверное, сказала про себя. Или мой спутник не заметил. Или заметил как раз, но не ответил. Руку только, согнутую в локте, характерным движением предложил.  Отказать я не смогла. Я приняла предложение. Подумала на всякий случай: «В чём я одета, я же с постели?», — и наклонила голову глянуть  на платье, уже обхватив руку того, кого я будто бы не знала, но, сдаётся мне, всё же была знакома с ним по прошлым снам. Да, я была в ночной сорочке. Но её трудно было отличить от вечернего платья. Подруга привезла классную, шерсть с шёлком, тонкую, длинную до пят сорочку, в которой «и в пир, и в мир», шутили мы. Похоже, осторожнее шутить пора бы. Я вспомнила, что под сорочкой — ничего и стушевалась на мгновение. «Вполне», — сказал мой спутник, и я забыла про себя. Маленький бриллиантик на цепочке белого золота «из прошлой жизни» довершал мой образ в этом странном чердачном месте, куда я «вписалась».

На стол посыпались карты… Веером. Я не играю в карты. Муж научил меня покеру в кости. Мне нравилось. Кости послушные. А карты — это мистика. Это запределье. Нужно иметь фарт, чтобы выигрывать. Или быть мазохисткой. Я  — ни то, ни другое. Но если, бодрствуя, ты можешь сказать «нет», то во сне — не отвертеться от происходящего. Мы играем. Карты ложатся на стол, подвигаемые чьей-то рукой. Знаки на них проявляются, складываются в комбинации… я совсем слепну… будь он неладен, этот компьютер: пятнадцать лет работы, и зрение — псу под хвост… Очков под рукой нет. Очки остались дома на столе. Приходится вглядываться. То, во что вглядываюсь, меня приятно удивляет: карты предлагают комбинации, одна другой краше! Я приосанилась. Всё-таки непрофессиональный игрок выдает свои эмоции… Взамен на комбинации карт, крупье мне выдал фишки… Горкой, я не помню цифр. Но я поставила ещё. Мой спутник — тоже. И этот ритуал обмена картинок на фишки продолжался ещё некоторое время. Пока я не заметила, что горка моего спутника, удобно расположенная справа от меня, начинает таять… "Не дело", — подумала я и как-то ловко подмахнула в сумочку часть фишек: спутник мой? Значит, и фишки мои. У меня сохраннее будут. А то он, кажется, не думая, играет. Моя горка прирастала. Я уже ощутила на себе чей-то пристальный взгляд и поняла, что надо как-то ретироваться: ещё же обменять на деньги фишки надо. "Ещё одна игра и мы уходим", — томно выгнув спину, пропела я в сторону моего спутника. Крупье раздал картинки. Какие мне красивые достались! Я стала вглядываться, чтобы заявить о продолжении игры… И тут картинка взорвалась стеклянными осколками… Чёртов будильник! На самом интересном месте. Не дал мне выиграть. Досадно потянувшись: «Милый, я — в душ…»

Сны на новом месте бывают удивительны. Что мне сулит этот? Не обращать внимания? Или это он отвлекает моё внимание от странностей происходящего? Чтобы сильно не вживалась в то, что нравится – всё равно придётся расстаться и с этим… Всем со всем придётся расстаться. Но до расставания есть же несколько ещё шагов?  Иди, иди. Сегодня — конференция. Ты сделаешь сегодня свои несколько шагов. И скажешь ещё несколько слов в защиту образования взрослых. Прежде, чем расстаться… Почему я всегда думаю о расставании? Даже когда начинаю дело, помню о том, что оно закончится. Начиталась книжек в детстве или фильмов насмотрелась? "Уно-уно-уно-уно момееенто… Моментом — в море… В общем, все умерли… Формула любви." Чем всё кончилось? Никогда не хочу досматривать до конца. Мне неинтересно, чем дело кончится. Сердце всё равно не успокоится на этом. Мне интересно продолжение. Может быть, поэтому всегда хочется вернуться? Посмотреть, а вдруг продолжилось…

— Милый, ты проснулся? Нам пора! Я — вниз, ты догоняй.

Спустившись на завтрак, обнаружили на столе кофейник с готовым уже кофе, чашки, корзинку нарезанного и накрытого салфеткой хлебушка, корзинку пакетированного джема, маслица, сливок. Всё остальное — на соседнем, общем, шведском в просторечье, столе. Люблю я конференции и съезды. Пока ты витаешь в облаках, за тебя кто-то всё продумывает и обеспечивает на тему быта. Завтрак-обед-ужин, кровать-интернет-телефон… тепло-вода… полжизни, если не вся, уходит на обеспечение этих повседневных мелочей! А тут всё незаметно и продумано кем-то невидимым. И ты уже незримо заплатил за всё: всё включено. Или остался должен по договорённости. Сегодня я должна представить наш проект. Для этого - как минимум — забыть о том, что всё когда-нибудь закончится. Продолжится. Пусть продолжается. Вот и милый мой проснулся. Красавец. Ему не надо напрягаться. Он не волнуется ни о проекте, ни о выступлении. Он заранее знает, что выступлю я хорошо, проект поддержат. Мне не надо думать ни о чем. Думает он. Волноваться остаётся — мне. Хотя он говорит, что и волноваться не о чем. Что мне делать? Наблюдать. Я наблюдаю.

Я наблюдаю братию приехавших на конференцию городов-побратимов. Тавтология. И мы тут — профессиональные тавтологи. Будем говорить и повторяться. Четыре дня будем делиться мыслями, чтобы найти "точки соприкосновения" и "наладить связи" для "реализации совместных проектов". Милые, улыбчивые лица. Мы ещё незнакомы. Вечером будем расспрашивать друг друга, обмениваться визитками, чтобы потом не позвонить и не написать ни разу. Но ритуал будет соблюдён. А средства оприходованы. Их осталось реализовать — не мне, не нам, но с нашей помощью. Мы мало на что можем повлиять, но получить удовольствие от происходящего — в наших силах. Я получаю удовольствие от наблюдения. Особенно, когда никто не мешает…

— О чём задумалась?

— О выступлении.

Я вру. Мы оба это понимаем. Ложь моя не убийственна. И ритуал, опять же, соблюдён. Мои вялотекущие мысли прерваны, я возвращаюсь. Мы допиваем кофе и выходим на улицу.

Яркое солнце. Начало марта в этой стране обозначает много солнца. Погреемся. У нас, наверное, ещё морозы. Мы идём мимо витрин закрытых пока ещё магазинчиков. Люблю разглядывать витрины, но сейчас я поглощена грядущим выступлением и раздражаюсь, что не могу беспечно останавливаться, глазеть и фантазировать, примеряя на себя приглянувшееся платье или мысленно находя в нашей квартире местечко понравившемуся столику…

— Ты посмотри, какие мы красивые, — говорит любимый голос.

Я рефлекторно поворачиваю голову и вижу наше отражение в зеркале. Мы красивые. Когда я смотрю в зеркало на себя, всегда нахожу недостатки. Когда мы смотрим вместе, недостатки исчезают, и нет красивей пары. Да, я очарована. И уже смирилась с этим. Но я перевожу взгляд вглубь магазинчика. На стене у двери, ведущей куда-то, картина. Ничего особенного. Влюблённая пара… На фоне пальм и надписи… я вспомнила! Эта картина висела на чердаке... Во сне… Влюблённая пара у казино. Я её тогда, во сне, разглядывала долго, пока передо мной не отворилась дверь…

— Что с тобой?

— Мы обязательно должны купить эту картину, милый!

— Картину? Какую картину и зачем она нам?

— Я видела её во сне. Потом я тебе всё расскажу. Пойдём. Но обещай, что мы вернёмся!

— Обещаю. Ты расскажешь?


<<<Другие произведения автора
(5)
(2)
 
   
     
     
   
 
  © "Точка ZRения", 2007-2017